Сергей Струков: «Прядкин что-то съел перед сезоном и тащит нас в призеры»

В интервью корреспонденту республиканского интернет-портала «Sports.kz» Струков рассказал о том, как он попал в Казахстан, кто портил Вячеслава Грозного и что ему пообещал Дмитрий Огай.

— В матче с «Тоболом» на Суперкубок в 2008-м вы забили два мяча. Сразу пошли разговоры на тему «Струкова надо натурализовать для сборной». А вы тогда вполне с серьезным видом сказали: «Я не теряю надежды попасть в сборную России». Вы тогда шутили, или реально были уверены в своих силах?

— Абсолютно не шутил. У меня было две мечты: играть за волгоградский «Ротор» и сборную России. Одна вообще не сбылась. Вторая сбылась, но лишь частично. В том «Роторе», где я играл, и куда попал, можно было только закончить, а не начинать. Мечтал, верил и надеялся. Это нормально. И правильно, я считаю. Всегда верил в свои силы и в себя. И продолжаю это делать. Но мой уровень футбольного мастерства, и, наверное, другие моменты, не позволили воплотить в жизнь те мечты. Однако, я не жалею ни о чем. И доволен тем, как все сложилось и складывается. Мне грех жаловаться на жизнь. У меня все живы и здоровы, есть работа, есть финансовая стабильность. Есть близкие друзья, которые не бросят. Так что, все хорошо.

— В первом же своем сезоне вы наколотили 8 мячей в 26 матчах. Как вообще у вас возник вариант с «Иртышом», и насколько тяжело было адаптироваться к нашему чемпионату?
— Ну, на самом деле 8 голов — далеко не выдающийся результат, и «наколотил» звучит немного громко. Вот Суарес в прошлый сезон «наколотил», Роналду тоже.

А у меня в тот год очень много моментов загублено было. Реализуй я все, может забил бы столько же, сколько Суарес. Но, тем не менее, тот сезон вспоминаю с улыбкой, и в принципе, с добрым сердцем, с приятными воспоминаниями.

Вариант возник после того, как я провел 4 полноценных сбора вместе со «Спартаком» из Нальчика. Кстати, в той команде тогда главным тренером был нынешний тренер сборной Казахстана Юрий Красножан. Но, там не сложилось в итоге. Потом я поехал в «Терек», где играло много заслуженных футболистов, тренировали там тогда Воит Талгает и Владимир Никитенко. Провел с ними сбор, но оставлять в итоге меня они не захотели.

Пришлось вернуться домой, в надежде попасть куда-нибудь во вторую лигу. Но в «Ротор» мне дорога была заказана, в «Торпедо» из города Волжский я сыграл одну игру. Это команда второй лиги из Волгоградской области. Они тоже не взяли меня, вообще ничего не сказав и не объяснив. В итоге, пришлось начинать с КФК — любительской лиги. Хотя, сказать честно, я в тот момент был готов закончить с футболом. И не потому, что я в себя не верил, а все гораздо проще — не было денег, не было вариантов, не было знакомых, кто мог бы помочь с командой. Сидеть на шее у родителей не хотелось, да и не смог бы я. Надо было искать работу в другой сфере. Так бывает и это нормально, это жизнь.

В общем, когда я уже был близок к тому, чтобы взять молоток и гвоздь, прибить его и повесить на него свои бутсы, случилось кое-что: через 10 дней после возвращения домой, в 3 ночи раздался звонок с неизвестного номера. Поднял трубку. Человек извинился за поздний звонок, и представился Сергеем Волгиным. Предложил сразу конкретную зарплату, и приехать без всякого просмотра в «Иртыш». На мой вопрос «Откуда счастье такое привалило?» было сказано, что слово за меня замолвил Воит Талгаев. За это ему отдельное спасибо. Воит Абдулхамидыч сказал: «возьмите человека — не пожалеете». Так я оказался в Казахстане. Прилетел в Алмату сразу. Хотя, сначала я не понял, что это за «Иртыш», думал речь идет про Омск, собирался играть во второй лиге России. Оказалось, что речь про другой «Иртыш», и вообще про другую страну.

Адаптировался я здесь очень долго. Около десяти туров. Новая команда, притирался долго к партнерам. Стиль игры команды силовой был. А я в нем, простите за тавтологию, не силен. Поле в Павлодаре в то время и не позволяло другого стиля игры. Ну, и конечно футбол в основном непривычно жесткий. Я бы даже сказал — жестокий. Принцип такой: отдал пас — подпрыгни, иначе оторвут ноги (смеется). Все команды выходили как на последний бой. Я, если честно, поначалу не готов был ко всему этому. Почти совсем не забивал. Играл — громко сказано, скорее больше мучал себя и других. Прошло 10 туров, и я уже хотел подойти к руководству, и сказать: «заберите деньги обратно, только отпустите меня домой». Удовольствия от игры мало, то, на что я способен, не показывал и на 50 процентов, полей и инфраструктуры тоже по сути не было. Одна база в Черноярке чего стоила. Кто знает, тот поймет. Отыграв три весенних месяца, команда разъехалась домой на перерыв, а я для себя решил: еще два матча. Если ничего в моей игре не поменяется, буду просить руководство разорвать контракт. После отдыха была игра с «Актобе», в который мы выиграли 2:1, я забил оба мяча и выдал лучшую свою игру за все время. В Алматы следующий тур тоже выиграли 2:0, и я снова забил. И как-то после этого жизнь немного наладилась. Да и стиль игры «Иртыша» поменялся. Стали играть в более разумный футбол. Волгин — сильный тренер. На самом деле. А потом в Павлодаре искусственное поле постелили, тогда еще шикарного качества. Проще стало намного.

— Как у вас возник вариант с «Актобе»? Муханов лично звал?
— Да. Лично позвонил еще в сентябре, за два месяца до окончания сезона. Я дал согласие. На том и порешили.

— У вас были три сезона равной степени успешности в Актобе. Какой из них вам показался интереснее, легче? Какой вообще приятнее всего вспоминать? И что приятнее всего вспоминать?
— Да, я все три сезона с особой теплотой вспоминаю. Не выделяю какой-то отдельный. Футбол там играть в то время было просто. Главный принцип — откройся правильно, а люди там были, которые отдать пас с закрытыми глазами могли. Ну и конечно, надо отметить стадион, местных болельщиков, которые почти всегда этот стадион заполняли, качество поля, организация всего процесса. Главное от тебя — играй и ни о чем не думай. Одним словом, есть что вспомнить.

— В чем была размолвка с Мухановым? Вы ведь забивали много важных мячей, но в итоге он решил отказаться от вас.
— У нас с ним и помолвки не было. Главная причина? Честно, даже он вам сейчас ее не скажет. И тогда бы не сказал. Я сам так и не понял — почему? Но взять вместо меня Ивана Перича, подписав его на полгода, это, конечно, решение «сильное» было. Мы с Владимиром Васильевичем хорошо общаемся, в принципе все выяснили, у меня нет к нему вопросов и претензий. Надо вспомнить лишь то, как он после 7 таких лет уходил из «Актобе». Все возвращается. Но я не злорадствую, не подумайте. Это жизнь. Уметь прощать, и не держать зла на кого-либо — это необходимая и основополагающая вещь счастливого и уверенного в себе человека, к которым я все же себя отношу. Очень благодарен Муханову за то, что он меня привел в команду, и всей команде «Актобе» за то, что мне посчастливилось играть и быть частью этой системы.

— Что за история приключилась в «Кайрате»? Почему из команды убрали ее лучшего бомбардира посреди сезона?
— Ну, об этом лучше спросить заслуженных деятелей спорта Александра Малышева, Евгения Шкарина, Эдуарда Глазунова, и британского подданного Джона Грегори. История, как всегда, простая. «Ты команде не нужен, в твоих услугах не нуждаемся» — так они мне сказали. На вопрос «почему?» дали ответ: «Ты самый умный, тебе больше всего надо, сказано-велено высшим разумом». Не нужен. Я ушел, и «Кайрат» совсем без нападающих остался тогда. Вместо меня и Володи Байрамова взяли вратаря из Израиля, который одну игру провел за все время, и полузащитника оборонительного плана. У единственного нападающего болгарина Деяна Христова приказало долго жить колено. И как-то сразу все печально стало. Результат всех этих тонких решений широкопрофильных специалистов известен — они умудрились вылететь с таким бюджетом. И их всех прогнали из клуба.

— В «Иртыш» ты приходил трижды. Но удачно только в первый раз. Почему с Байсуфиновым не сложилось?
— Я считаю, что и в 2012-м году тоже по игровым моментам все удачно было. И коллектив, и игра команды были на очень высоком уровне. Получал удовольствие. Но были определенные моменты, из-за которых пришлось уйти мне из команды. Меня никто не выгонял. Это было мое осознанное и взвешенное решение. Говорить сейчас о причинах я не могу, и, наверное, рано еще. Да и стоит ли вообще... Это наше личное дело с Талгатом Маруановичем.

А в 2013 году я полгода болел, и как-то сразу не пошло. В первом круге забил в свои ворота, потом воспаление легких схватил, и пошло все наперекосяк. Тяжелый просто год был. Год за два. Надо было его просто пережить. Я это сделал, и рад этому безмерно. Люди раскрылись некоторые с неожиданной стороны. Для мироощущения и самопознания год бесценный был.

— Чем запомнился Вячеслав Грозный в «Тоболе»?
— Прежде всего, скажу, что Грозный — специалист высокого уровня. Тренировочный процесс очень грамотный и правильный. По моему мнению, он бы мог очень многое дать «Тоболу» и всему казахстанскому футболу. Он очень эмоциональный, и в принципе, добродушный. С одной стороны. Вячеслав Викторович нам байки всякие рассказывал, мы на тренировке даже пресс не закачивали. А зачем? После ужина Грозный, на базе, в просмотровую заходит и понеслась: часов до трех ночи травит байки. Ничего не скажешь, весело и интересно было. Живот потом неделю болел. А как он на пресс-конференциях отвечал? Люди на него шли специально. Можно было билеты в пресс-центр продавать — разлетались бы как горячие пирожки. Артистическая составляющая на «отлично» у него. Помимо всего, повторюсь как тренер он очень сильный и грамотный. С другой стороны... Мое мнение: он окружил себя не теми людьми. В частности с ним работало три помощника: тренер по защитникам и тренер вратарей — отличные мужики, как тренеры и как люди. А вот его первый помощник — старпом, я его так называл. Грозный сам по себе человек доверчивый и впечатлительный. А помощнику своему верил безоглядно, не знаю, правда, почему. С Грозным один на один поговоришь — все отлично, жить хочешь, через 15 минут он поговорил с помощником, и человека как будто подменили. Так вот, его первый помощник всю смуту и вносил, на людей неправду говорил, то «они алкаши», то «они не добегают», то еще некоторые моменты, весьма обидные. Тебе в глаза улыбаться будет, а за спиной обольет грязью. Грозный верил ему, и в команде напряжение было на этой почве. Нездоровая атмосфера. Последний месяц я старался поменьше на базе находиться, и видеться с ними. Хотя, в том году «Тобол» был очень силен и по игре, и по именам. Но Грозный от команды отделился, и это не могло пройти незаметно.

— При Огае в «Кайсаре» вы начинали нападающим, забивали немало, причем как на сборах, так и в чемпионате. Но потом он вас передвинул в центр полузащиты. Дмитрий Алексеевич сам как-то объяснил свое решение?
— Ну как объяснил... Сказал — надо. Имеет право, кстати. Я ведь все равно ближе к атаке играю. После прошлого года, сейчас главное для меня — играть. Правда, еще мне Дмитрий Алексеевич сказал, что я в обороне закончу (смеется). Так что, возможно, это еще не предел. Главное совсем не закончить. Со всем.

— Вообще, в чем секрет «Кайсара»? Ведь по именам команда явно не лидер. Самый известный парень в команде — вы. Из этого состава только 2-3 человека становились чемпионами Казахстана. Вы, Прядкин и Балтаев. Как вы вообще умудрились попасть в первую шестерку?
— Секрет такой (смеется). Ответ банальный — в футбол играют не имена. Если отвечать более обширно, то скажу так: бывает в жизни такое, что все сложилось в нужном месте и в нужное время. Это и заинтересованность руководства Кызылординской области, и выбор тренерского штаба, и создание условий для работы и тренировочного процесса, и выбор футболистов, которым есть что доказывать, ну и работа, работа, работа. Порядок бьет класс. И удача, как без нее? Хотя, на самом деле, мой сосед по номеру Кирилл Прядкин в этом году наелся чего-то. Тащит нас в призеры (смеется). Феноменальный сезон у него. Если я, как и он, до 37 лет доживу, и еще так играть буду, и пользу приносить, то буду считать, что жизнь не зря прожил. В том, что мы в первой шестерке — его заслуга огромная. Только лучше вырезать это из интервью, а то еще прочитает и расслабится (смеется).

— А еще говорят, что у «Кайсара» сильные «лимитчики».
— На самом деле — да, молодежь у нас собралась сильная. И главное, потенциал у всех большой. У «Кайрата» и «Астаны» они и вовсе лидеры команды, но и у нас есть, кем похвастаться. Нуржарык Кунов, Илья Калинин, Думан Нарзилдаев, Елжас Алтынбеков — у всех у них есть будущее, безусловно. И даже вопрос не в их работе над самими собой. Это даже не обсуждается. Очень многое будет зависеть от тех тренеров, с кем им в дальнейшем работать предстоит. Об этом не стоит забывать. И тех командах, в которых они будут играть. Впереди вся жизнь, эти ребята должны в будущем стать основой национальной команды. Главное помнить золотое правило, о том, что футбол не прощает мелочей и не профессионального отношения. С природными данными у них все в порядке. Главное, под контролем держать голову.

— Есть «лекарство» от звездной болезни для молодежи?
— Да, это лекарство давно придумали. Называется «волшебный шапалак». Только молодой начинает борзеть, и ты отвешиваешь ему один такой волшебный шапалак. И все нормально (смеется). С нашими ребятами такое пока никто не проделывал, они умные парни, не расслабляются.

Но, если честно, здесь все вместе должно быть. И тренерская работа — в тонусе молодежь держать, объяснять, задавать вектор развития. И старших ребят помощь и подсказка, но главное — не криком, а своим примером и игрой на футбольном поле. Где-то и волшебное средство, иногда... Ну вы поняли (смеется). Одними репрессивными методами ничего не добиться. Кнут и пряник давно изобрели и придумали.