Василий Ломаченко прервал молчание и сообщил об изменениях

Бывший чемпион мира в трёх весовых категориях украинец Василий Ломаченко (17-3, 11 КО) нарушил режим молчания и дал интервью, передает Sports.kz со ссылкой на Vringe.com.

Боец рассказал о своей ментальной трансформации после поражения американцу Теофимо Лопесу в бою за звание абсолютного чемпиона лёгкого веса. Василий сообщил о своих противоречивых, как для боксёра, выводах. По словам Ломаченко, он больше не нацелен на уничтожение соперников, сочувствует им в тяжёлые моменты и предпочитает обойтись без досрочной победы. Возможно, этим объясняется его выступление против Ричарда Комми, когда он не стал финишировать соперника, а призывал завершить бой тренера Андре Розье.

— К вере люди чаще приходят из-за болезни, проблем, осознания своей немощи. Спортсмен же наоборот — символ силы и уверенности в себе. Многие так и говорят — я достиг всего сам, без всякого бога. Вы — легендарный спортсмен, что бы вы сказали таким своим коллегам?
— Я знаю из личного опыта, нужно, наверное, сделать какой-то шаг-два навстречу к богу, тогда он будет к тебе делать 10 шагов навстречу. На самом деле, я не так давно пришёл глубоко и осознанно к вере православной. Я, вроде как, всю жизнь был православным, меня крестили, у меня семья православная, я в храм ходил, когда отец заставлял. Ну прям так осознанно, духовно начал развиваться года два-три назад всего лишь. После поражения Лопесу. Тогда у меня случился тот момент, который в принципе поменял моё отношение к жизни, моё отношение к вере. Так что недаром говорят, что жизнь меняется у человека после 33 лет. Я никогда не понимал этого, и когда мне стукнуло 33 года, тогда я это и почувствовал. Это так совпало — и поражение, и как раз 33 года. Я смог на себя посмотреть со стороны, я смог увидеть то, что я делал неправильно, те проблемы, которые у меня были, те успехи, которые у меня были — я просто начал понимать, откуда это, от кого это.

Я раньше считал, что мир крутится вокруг меня. То в этот момент я понял, что это совершенно не так. Всё что есть сегодня у меня, да, наверное, у любого человека, всё, что ему достаётся, либо отнимается — это всё идёт от Всевышнего, от Господа. Это, наверное, зависит от того, как мы живём, какой жизнью мы живём.

— Многие православные считают бокс антихристианским занятием, где один образ божий калечит другого. Нет ли у вас внутреннего конфликта, когда для победы нужно нанести урон сопернику, но христианин не должен причинять другому боль?
— Относительно недавно это чувство появилось. После того, как я понял, что такое бог и что такое православный человек. После этого у меня появились эти самые мнения. И на каждый поединок, когда ты выходишь боксировать, уже нет той кровожадности, которая была раньше. Раньше ты об этом не задумывался. Раньше ты понимал, что есть противник, его нужно уничтожить для того, чтобы победить. То есть неважно, это будет по очкам или это будет нокаут, или это будет нокдаун. Цель была — нанести как можно больший урон. Сегодня это, конечно, уже пропало. Слава Богу, это пропало, и для меня достаточно явно выиграть, быть на голову выше, но и стараться, конечно, делать это по очкам. Понятно, в любом случае, это такой вид спорта, что ты от этого не застрахован. Если есть возможность, если есть такие моменты, когда ты чувствуешь, что ты на голову выше соперника, чувствуешь, что ты можешь его где-то нокаутировать — лучше не делать этого. Тем более, из опыта, из практики, поединок можно, в принципе, выиграть и без того, чтобы соперника добивать, уничтожать его. Опять же, мало кто об этом задумывается, но у соперника, который боксирует с тобой, точно так же есть родители, дети, друзья, близкие, которые сидят смотрят, переживают за него. Знаете, всегда нужно ставить себя на место другого человека и тогда, в принципе, ты сразу же, может быть, начнёшь как-то по-другому действовать.