Одной командой стало меньше

Сложно объяснить, но у затеи главного тренера национальной сборной Владимира Ремыги о создании казахстанского велоклуба третьего дивизиона недоброжелателей хватало с самого начала. Многие не верили, что эта команда сумеет удержаться на плаву. Чтобы получить лицензию в Международной федерации велоспорта, руководителям «Капека» пришлось приложить немало сил. Но эти старания были вознаграждены сполна. В Казахстане появилась команда для молодых, перспективных гонщиков, которым еще рано было покорять престижные европейские клубы, но и сидеть в любителях уже не имело смысла. «Капек» крутил педали всего 3 года. Но даже за этот небольшой срок команда сумела завоевать уважение во всем мире.

– Нас весь мир признал. Мы имеем самые престижные приглашения, какие возможны для рейтинга нашего клуба, – рассказывает Владимир Ремыга. – По объективным причинам нам были недоступны гонки Протура, но то положение, которое мы занимали в Международной федерации велоспорта, нас вполне устраивало.
– Владимир Николаевич, как может сказаться распад «Капека» на развитии всего казахстанского велоспорта?
– Мы потеряли не только клуб. Наши молодые велогонщики потеряли надежду, что когданибудь они сумеют подняться так же высоко, как Асан Базаев и Максим Иглинский. Оба были лидерами «Капека» в свое время. Потом они переросли этот клуб, их заметили на более высоком уровне, и оба подписали контракты с солидными командами. Мы только пожелали им удачи. И парни не потерялись. В прошлом году Максим Иглинский проехал свой первый «Тур де Франс». А как ярко уже в составе «Астаны» выиграл этап престижной многодневки «Тур Германии» Асан Базаев. Я считаю, что потеря такого клуба, как «Капек», бесследно для казахстанского велоспорта не пройдет. Распад клуба уже сегодня сказывается на моральном настроении всех гонщиков. Завтра все это может отразиться и на физическом состоянии команды. Вы поймите, они же взрослые люди, которые имеют семьи, детей. Сегодня их всех перевели в штат национальной сборной Казахстана, но та зарплата, которую они там будут получать (чуть больше ста долларов), не решает проблему.
– Но ведь менеджеры казахстанской команды «Астана» предлагали вам свою помощь, чтобы спасти команду. Почему вы от нее отказались?
– Действительно, менеджеры «Астаны» предлагали профинансировать «Капек», если мы, в свою очередь, возьмем под свое крыло шестерых швейцарских велосипедистов и будем выступать как фарм-клуб «Астаны». Но меня такой расклад не устраивает. Наш спонсор, наша команда. Только по просьбе руководителей «Астаны» ее нужно разбавить швейцарскими гонщиками. Меня, как главного тренера сборной Казахстана, не интересуют швейцарские гонщики, не интересуют их достижения. Меня волнуют лишь результаты моих гонщиков, казахстанских. Естественно, я осмыслил свою точку зрения. И такой клуб меня не устраивает.
– После развала «Капека» с какими трудностями вам уже пришлось столкнуться?
– Все упирается в финансы. Теперь на все соревнования нам придется выезжать за государственный счет. А такое финансирование, к сожалению, не всегда бывает достаточным. Да и получать приглашения на гонки сборной команде будет гораздо сложнее, чем профессиональному клубу. Если раньше мы выезжали на учебно-тренировочные сборы в Южную Америку, а затем колесили по Европе, участвуя в различных многодневных гонках, то теперь, чтобы сэкономить, ездим тренироваться в ЮАР, где в год проводится всего лишь две велогонки. Правда, двенадцать лет назад мы начинали сезон именно с подготовки в Южной Африке. Мы снова вернулись к тому давнему опыту. В сложившейся на данный момент ситуации казахстанский велоспорт уже был в начале девяностых годов прошлого века. Несмотря на массу сложностей, тогда мы сумели вырулить и добиться успеха. Поэтому долго горевать над потерей команды никто из нас не собирается. Все мы верим, что лучшее – впереди.

Татьяна Педаева