Елена Хрусталева: «Получила медаль и слегла»

«И еще мне пообещали квартиру», — призналась героиня Олимпиады в эксклюзивном интервью 2b.kz.

— Как настроение, Елена? Чемпионское?
— Устала. А в целом все ок.

— Набегались?
— И набегалась. И так — сама по себе устала.

— Устала. Набегалась. Какие еще мысли в голове?
— Мысли… В голове планы на будущее. Относительно спорта. Вот думаю, что и как изменить, где подкорректировать подготовку, чтобы улучшить свои результаты. Чтобы еще достойней представлять Казахстан на международной арене.

— А разве нет ощущения, что у вас и так все хорошо? Ведь эта медаль — наивысшее достижение в карьере.
— Это на данный момент. Но я не собираюсь на этом останавливаться.

— Этот результат… Что это — озарение? Удача? Божий промысел?
— Я думаю, все вместе.

— Правда, что ваш личный тренер не смог поехать на Олимпиаду — ему не дали квоту?
— Не правда. Мой личный наставник Виктор Борисович Смирнов здесь, со мной. То, что он едет в Ванкувер, решилось где-то за неделю, дней за десять до Олимпиады. Не планировали. Но потом приняли решение, что он нужен. И директор Республиканской школы зимних видов спорта Каиргельды Максагутович Жанпеисов помог решить этот вопрос.

— Спортивные чиновники перед Олимпиадой не считали вас претендентом на медали. Как вы на это реагировали?
— Не обращала внимания. Медаль — дело не предсказуемое. И если бы не получилось завоевать награду, то это не вызвало бы критической реакции со стороны руководства. Так даже проще — никакого давления.

— В спринтерской гонке на 7,5 км вы финишировали пятой. Почувствовали, что способны на большее?
— Реально поверила еще больше в себя.

— И вот та самая гонка на 15 км. Когда у вас появилось ощущение, что медаль рядом?
— Когда отстреляла нормально, стало понятно, что могу попасть в тройку. Хорошая стрельба — хорошая заявка на успех. Мне оставалось ждать, как финишируют соперницы. И надеяться на их ошибки. Вот они мне и помогли.

— Во время трансляции казахстанский комментатор «колдовал» над вашими соперницами, желая им промахнуться. А в профессиональном биатлоне есть такое — вы сама когда-нибудь так «колдовали»?
— Да есть, конечно. Думаю, что колдуют не только спортсменки, но и их болельщики. Правда, мне в этот раз поколдовать не удалось — я после финиша не успевала следить за табло и не сразу поняла, кто на каком месте бежит, кто претендует на медаль.

— Чтобы было сразу после награждения?
— Пресс-конференция. Допинг-проба. Потом я слегла. Была в отрешенном состоянии.

— Зачем тогда решились бежать в гонке с масс-стартом? Можно же было отдохнуть.
— Я же не заболела. Чувствовала себя нормально. Но уже потом, во время гонки, навалилась усталость. Хотя даже в таком состоянии можно бороться за высокие места. Но я не справилась со стрельбой и гонка пошла своим чередом.

— Вы уже решили, на что потратите 160 тысячи долларов, которые получите от государства в качестве премии за второе и пятое место?
— Буду смотреть по обстоятельствам. Все зависит от жилплощади, которую получу. В каком она будет состоянии. Может, туда придется много денег вложить.

— Значит, квартиру вам уже пообещали?
— Да.

— В каком городе?
— Да, я бы тоже хотела понять, где будет мой новый дом. Вообще для дальнейшей полноценной подготовки мне необходимо жить в Алматы.

— У нас был случай, когда одному герою Олимпиады подарили квартиру, которую нельзя приватизировать. Будьте начеку, Елена, тщательно проверяйте документы.
— Хорошо.

— Хоккеиста Евгения Набокова, родившегося в Усть-Каменогорске, но выступавшего в Ванкувере за Россию, спросили, кем он себя считает в душе — россиянином или казахстанцем. Кем считает себя в душе Елена Хрусталева?
— Я — казахстанка. Заметила, что даже в разговоре я употребляю: «У нас в Алматы, у нас в Казахстане».

— Как считаете, вам доверят нести флаг Казахстана на закрытии Олимпиады?
— Не знаю. Мне еще ничего не говорили. Но расписание отъезда у нас изменилось. Мы думали, что улетим домой 28 февраля. А нам сказали, что остаемся до 2 марта. Может, и понесу.

— Теперь мы будем ждать от вас «золота» на Азиатских играх 2011 года.
— Ждите…