Сам стреляй, а то убьют

Война была назначена на 12.00. Первые вооруженные до зубов парни и девушки стали собираться в центре города еще в районе девяти утра. Представьте себе картину: идет обычный на первый взгляд человек по площади «Астана» (ее еще называют Старой), а из рюкзака у него торчит дуло автомата. Или в руках прицел от снайперской винтовки. Явка на последний и решительный бой была строго обязательной. В итоге впервые в истории алматинского страйкбола на последние в этом году игры собралось рекордное число участников – порядка 60 человек. Отдельной группкой держались полтора десятка зрителей, которым в будущем предстоит облачиться в камуфляж и взять в руки автомат. Но хочется уже сейчас.

Страйк? Бол!
Развлечение под названием «страйкбол» появилось в южной столице несколько лет назад. Толком никто и не знает, кто же первым завез специальное оружие, и у каждой команды есть своя версия на этот счет. В развитых странах и России страйкбол считают видом спорта, неким хобби на всю жизнь. Это как бы военная игра с использованием идентичных копий настоящих стволов, стоящих на вооружении всех армий мира. По весу и комплектации тот же «Калашников» ничем не отличается от оригинала. Но вот стреляет он не пулями, а пластиковыми шариками. Видимо, поэтому русскоязычное название этого вида спорта и заканчивается английским словом «бол». Конечно, с точки зрения настоящего оружия попадание шариком не покажется чем-то значимым. Однако лететь маленький «бол» может с приличной скоростью – до 100 метров в секунду. Приводы у стволов газовые или электрические. Стоят такие механизмы от 50 долларов (китайского производства) до 200-300 (японского). Именно в этих двух странах уже давно построены заводы и к производству автоматов-имитаторов относятся очень придирчиво. Поэтому с первого взгляда становится понятно, почему страйкеры всегда воюют в очках и так придирчиво относятся к обмундированию. В среднем каждый боец тратит на амуницию в районе 1000 долларов. В отличие от пейнтбола, шарики не пачкают одежду краской. Но зато попадание чувствуется гораздо ощутимее. Незащищенные части тела (такие, как лицо) покрываются синяками в случае «расстрела» в упор. Кстати, наши страйкеры стараются всегда играть на честность – и если в тебя попали, надо «умирать», то есть выходить из игры. В течение всего года после официального открытия сезона алматинские команды (крупных сейчас три) тренируются каждая на своем полигоне. И вот наконец они собрались вместе для глобальных боевых действий.

Террористический «Казбат»
Война официально проводилась вдали от города – на территории детского пионерлагеря «Орленок». Изначально три команды были поделены на три армии. По сценарию на территорию государства проник террористический отряд, который теперь необходимо нейтрализовать правительственным войскам. Роль диверсантов доверено было выполнять коллективу под названием «Казбат», которые камуфлируются и вооружаются как казахстанский миротворческий батальон, отсюда и название. Другая банда, гордо именуемая БГУ («Бар «Голубая устрица») выполняла функции местной армии. И, наконец, команда «Импера», писавшая сценарий, стала обычным партизанским отрядом, мешавшим и тем и другим. Одно из главных условий «Войны» – все действия проходят вблизи смычки нефтепровода. Отсюда и напряженность в регионе...

Войнушка должна была завершиться общим столкновением всех трех подразделений, но произошел небольшой сбой в сценарии, и армии слегка разминулись. Как и в настоящих операциях, диверсанты в самом конце попытались покинуть чужую территорию, но были блокированы со всех сторон правительственными войсками и партизанами. Последние, кстати, предложили государству создать коалицию по борьбе с внешними врагами, но были официально посланы по рации. Закончилась война общим ужином с гречневой кашей и подсчетом «убитых». В четырех миссиях представители БГУ погибали 61 раз, партизанская «Импера» в общей сложности потеряла 62 человека, а «Казбат» – порядка 70.

– Это действительно были самые крупные в истории алматинского страйкбола игры, – уверен боец «БГУ» Субарулезз, он же Сергей, продавец лицензионного программного обеспечения, – а еще мы потратили рекордное количество боеприпасов. Я сам увлекаюсь страйкболом уже достаточно давно и чувствую, что число поклонников военной игры растет. Есть команды в Караганде и Астане, появляются бойцы в других городах Казахстана. Уверен, через пару-тройку лет наши игры будут напоминать военные операции с сотнями участников.