Предтеча Рыспаева. Наученный в «Барысе» есть конину индейский вождь Мирасти выращивает лошадей в Канаде и готовит сына в большой хоккей

Можно вспомнить, как в составе российского клуба файтер из семьи индейских вождей дважды за один матч подрался с призванным играть роль телохранителя в «Барысе» Джошем Грэттоном, за что получил двухматчевую дисквалификацию. Тафгай по прозвищу Nasty («Гадкий», «Неприятный») щеголял в то время ирокезом и устрашал своих оппонентов неизменной улыбкой на лице по ходу ледовых рукопашных.

Переход Мирасти на следующий сезон в «Барыс» казался очень неожиданным. В итоге приглашение боевитого индейца клубом из столицы Казахстана себя не оправдало — в планы тренировавшего тогда «барсов» Владимира Крикунова хоккеист такого амплуа явно не входил. Считанное количество раз появившись на льду в составе казахстанской команды, Джон, конечно, большей частью занимался на площадке усмирением слишком дерзких бойцов из дружин соперников. С разной степенью успешности.

После расставания с «Барысом» Джон Мирасти вернулся в родную Канаду, где выступал с тех пор в различных любительских лигах. Корреспондент республиканского интернет-портала Sports.kz решил разыскать 38-летнего предшественника Дамира Рыспаева и узнать, каким запомнился индейскому хоккеисту период его выступлений за «Барыс», а также поинтересоваться, чем этот неординарный спортсмен занимается в настоящее время.

— Джон, как я понимаю, ты провел последний сезон в команде «Медоу Лэйк Бронкос». SASHL — что это за лига?
— «Медоу Лэйк Бронкос» — хоккейная команда старшей категории АА (взрослые любительские команды, за которые может играть 1 бывший профессиональный хоккеист, Sports.kz) из моего родного города Медоу Лэйк, Саскачеван. Было здорово выступать перед моими семьей и друзьями, ведь на протяжении всей своей профессиональной карьеры я играл либо в США, либо за пределами Северной Америки. Мы отлично провели плей-офф и шли к финалу, когда лиге пришлось приостановить сезон из-за коронавируса.

— Очень интересен период твоей профессиональной карьеры, проведенный в «Барысе». Как ты оказался в клубе из Казахстана? Чем тебя заинтересовало предложение оттуда?
— Первый свой сезон в КХЛ я провел в составе «Витязя» из Чехова. На следующий год мне предложили контракт с «Барысом» из Астаны. Я люблю путешествовать и знакомиться с другими культурами, поэтому это было отличным опытом. В «Барысе» все было отлично организовано.

— Известно, что ты очень любишь лошадей и занимаешься их разведением и обучением. Как ты относился к факту, что конина в Казахстане — деликатес? Пробовал ее?
— У меня есть ранчо с примерно 25 лошадьми. Я всю жизнь имел лошадей и очень хорошо работал с ними. Узнал, что конское мясо может быть деликатесом, в Казахстане. Но это меня совсем не беспокоило. На самом деле, у меня была возможность попробовать его, когда меня пригласили на ужин. Являясь американскими индейцами, мы едим много мяса, включая лосятину, мясо марала, оленину, и так далее. Поэтому я совсем не возражал.

— Какие впечатления остались у тебя от Казахстана, от нашей столицы?
— Астана была отличным городом, и ее жители — очень хорошими. К нам, спортсменам, они относились великолепно. Мне хотелось бы, чтобы мое пребывание там продлилось намного дольше. Мне очень понравилось время, проведенное там.

— Почему тогда ты так быстро ушел, проведя за «Барыс» только 10 игр? Как чувствовал себя в команде?
— К сожалению, в то время мой стиль игры не сочетался с тем, что хотел видеть главный тренер. Меня не использовали, и было трудно оставаться сконцентрированным и продолжать тренироваться. Может быть, под руководством другого наставника все с моим пребыванием в Астане могло бы обстоять иначе.

— Ты общаешься сейчас с кем-то из своих бывших одноклубников по «Барысу»?
— Я не провел много времени в этом клубе, поэтому не имел возможности сблизиться со многими товарищами по команде. Если с кем и продолжаю общаться, то это Найджел Доус.

— Следишь за «Барысом» после расставания с этим клубом?
— Время от времени посматривал, каково положение команды, чтобы узнать, как там у них дела. Приятно видеть успехи бывших своих клубов.

— Твой 17-летний сын Тристон тоже играет в хоккей. Ты доволен его успехами в этом виде спорта?
— Мой сын Тристон только начинает свою карьеру. Он превращается в настоящего игрока. Имеет габариты и умения, чтобы далеко пойти в хоккее.

— Наверное, поднатаскал парня в боевых единоборствах?
— Я учил его драться, чтобы мог защитить себя, но хоккей действительно изменился. Даже здесь, в Северной Америке, из хоккея почти исключили поединки на льду.

— Как ты проводишь время в период коронавируса?
— Во время этого карантина я был очень занят. Являюсь вождем нашего племени индейцев, поэтому провожу много времени, проверяя людей общины. Много занимался охотой и рыбалкой, добывая людям мясо для еды. Также проверяем наших старейшин, чтобы убедиться, что у них все хорошо, и помогаем, если это необходимо.

Кроме того, много времени проводил на ранчо, работая с лошадьми и ремонтируя заборы и загоны. Мои дети становятся настоящими лошадниками.