Перед нами открылись все двери

Начало 90-х годов прошлого столетия ознаменовалось не только появлением на политической карте новых независимых государств, но и серьезными потрясениями в мировом спорте.

9 марта 1992 года Национальный олимпийский комитет Республики Казахстан вместе с еще одиннадцатью НОКами новых независимых государств в Лозанне был принят временным членом Международного олимпийского комитета. Ограничение для новичков было, по сути, лишь одно: до конца 1992 года спортсмены этих стран должны были выступать на всех крупнейших соревнованиях, включая обе Олимпиады, в сос­таве объединенной команды Содружества Независимых Государств. МОК еще не готов был к безусловному приему такого огромного количества стран, но все уже видели, чувствовали, что недалек тот день, когда атлеты Казахстана смогут выступать на Олимпиадах самостоятельной командой.

Не знаю, все ли поняли тогда, перо какой Жар-птицы очутилось в руках целого народа? Какие перспективы открылись вдруг перед гигантской по площади (на нашей территории, например, запросто уместились бы пять Франций!), богатейшей по количеству полезных ископаемых страной. Думаю, первыми это поняли руководители молодого государства, а сразу за ними, возможно, спортивные функционеры. У меня в архиве сохранилась копия письма, направленного Президентом Республики Казахстан Нурсултаном

Абишевичем Назарбаевым тренерам и членам национальной сборной команды страны по подводному ориентированию. В 1994 году наши парни и девчата здорово выступили на чемпио­нате мира в Польше, и Глава государства так охарактеризовал их победу:

«С обретением политического суверенитета Казахстан стал подлинно самостоятельной дер­жавой и в области спорта. Отныне каждая медаль, добытая казахстанцами на чемпионатах мира и континента, становится аргументом в пользу этой самостоятельности. Поэтому считаю, что пять золотых и девять серебряных наград в копилке национальной сборной нашей республики — это не только крупное спортивное достижение, но и, прежде всего, — убедительное свидетельство крепнущего авторитета казахстанского спорта на международной арене».

Но это было уже в 1994 году, в сентябре, несколько месяцев спустя после исторической победы нашего великого лыжника Владимира Смирнова на зимних Олимпийских играх в Лиллехаммере, где он завоевал первую золотую олимпийскую медаль для нашего молодого государства. Президент страны и тогда поздравил спортсмена, принесшего славу суверенному Казахстану. «Каждая медаль — аргумент в пользу самостоятельности», — подчеркивал Глава государства.

А в 1992-м мы только готовились «аргументировать» свою самостоятельность. К апрелю полным ходом шла работа по вступлению наших федераций в ряды международных спортивных объединений. Казах­станцев уже временно приняли в свои ряды международные федерации волейбола, велоспорта, баскетбола, современного пятиборья и биатлона. Положительные ответы были получены из штаб-квартир международных федераций плавания, фехтования, парусного спорта, настольного тенниса, тяжелой атлетики, футбола, лыжного спорта и других: здесь дело тоже оставалось за временем. Кроме того, были отправлены документы на вступление в международные федерации бокса, дзюдо, легкой атлетики, гандбола, стрельбы, бадминтона, гребли и так далее.

Для обсуждения многих вдруг ставших важными вопросов 11 апреля 1992 года была созвана вторая сессия Национального олимпийского комитета Республики Казахстан. У нас тогда верили и надеялись, что в ближайшие годы казахстанцы не только получат возможность самостоятельной командой выступать на всех крупнейших соревнованиях, но и что тогдашней столице республики вполне по плечу принять как минимум зимние Азиатские игры. А там, глядишь, и попытаться выдвинуть Алма-Ату в число столиц Белой Олимпиады.

А еще на второй сессии НОКа следовало бы серьезнее поговорить об итогах зимней Олимпиады в Альбервиле и предстоящих летних Играх в Барселоне. На решение серьезных проблем в своем докладе участников сессии настраивал президент НОК РК Тимур Досымбетов и в заключительном слове — председатель Спорткомитета Аманча Акпаев. Но многие выступавшие, похоже, забыли, где находятся и в какое время живут. Спортивный Казахстан стоял на пороге международного признания, через полтора года Национальный олимпийский комитет РК будет официально принят в МОК и получит право самостоятельного выхода на международную арену. Куча нерешенных вопросов, масса серьезных проблем, неслыханные перспективы. А начиналась сессия с того, что президент НОК Казахстана Тимур Камалович Досымбетов объявил о своем решении оставить этот пост. Президиум удовлетворил его просьбу и рекомендовал на должность президента Аманчу Сейсеновича Акпаева. Сессия с этим согласилась, утвердив его президентом.

…Не думал тогда, не думаю и сейчас, что 11 апреля 1992 года на сессии НОКа кто-то кого-то сместил, хотя такие разговоры и велись. Тимур Камалович два с лишним года честно отслужил на посту руководителя комитета, возглавив его в первый же день существования НОКа. В 92-м, когда наш Национальный олимпийский комитет хотя и временно, но уже был признан МОКом, когда в Алма-Ате с нетерпением ждали приезда президента Международного олимпийского комитета Хуана Антонио Самаранча и других видных деятелей олимпийского движения, когда наше суверенное государство входило в мировое сообщество (и международные спортивные организации в частности), потребовалось укрепление руководящего состава НОК Казахстана.

А уж в компетенции Аманчи Акпаева вряд ли кто мог усомниться. Долгие годы он возглавлял спортивный штаб республики, участвовал во многих спортивных форумах, был лично знаком с видными спортивными деятелями Европы, Азии и других континентов. Опыт — дело очень важное, и потому моя версия мотивов тогдашней смены руководства НОК Казахстана не расходится с официальной: Национальный олимпийский комитет РК на самом важном витке его развития возглавил более зрелый человек, «матерый» функционер, искусный политик и многоопытный практик.

В тот же день Тимур Досымбетов был утвержден первым заместителем президента НОК РК, что, безусловно, говорило о бессрочности кредита доверия к нему со стороны нового руководителя комитета.