Олег Волох о Казахстане

В интервью корреспонденту by.tribuna.com известный в прошлом футболист и тренер Олег Волох, выступавший за алматинский АДК, «Восток» (Усть-Каменогорск), «Кайрат», «Спартак» (Семипалатинск), а позже тренировавший семейцев в чемпионатах СССР и суверенного Казахстана, вспомнил немало интересных эпизодов из своей жизни, многие из которых так или иначе были связаны с Казахстаном.

Предлагаем вниманию посетителей интернет-портала «Sports.kz» выдержки из этого материала.

О военнопленных в Мюнхене

«В 60-е годы с „Кайратом“ ездили на какой-то матч дружбы в Мюнхен. „Кайрат“ же в переводе с казахского „локомотив“. В общем, играли мы против какой-то сборной железнодорожников Германии. Когда нас выпускали из страны, руководители партии требовали чуть ли не расписку о том, что не убежим. Говорили: „Живем мы хорошо. Поэтому сами понимаете“. Но мы ходили, смотрели и между собой так: „Не знаем, как коммунизм, но здесь лучше“ :). Хотя в принципе жили мы в те времена действительно неплохо. Так что обратно вернулись все.

В ФРГ к нам подходили те, кто остался там жить после плена во время войны. Просили передать привет на родину и называли фамилию. Скажите, мол, что жив и все хорошо. Один такой мне рассказывал, что работал на хозяина. После того, как предложили вернуться, — отказался, женился. И хорошо живет. Общаться с такими местными нам не разрешалось. Запрещено было брать от них посылки и сувениры.

А после возвращения играли в Москве против ЦСКА, и по завершении матча нас окружила толпа людей. Они выкрикивали фамилии и каждый из нас, услышав „нужную“, подходил и рассказывал, как там родственники».

О Ереване

«Играли „Кайратом“ против „Арарата“ в Ереване. Нас предупреждали: „После игры, если победите, сидите в гостинице — могут украсть, навалять и так далее“. В общем, в одном моменте жестко сошлись с центральным защитником хозяев Фуриком Абрамяном. И он мне сразу: „Я тебя убью! Я тебя закопаю! Я тебя зарежу!“ Я пропустил мимо ушей — что ни наговоришь в пылу борьбы. В итоге „Кайрат“ победил.

А вечером под гостиницу начали приходить люди и кричать: „Эй, восьмой, выходи, поговорим!“ Смотрел в окно, а народу прибавляется — собралась толпа друзей этого Фурика. Ясное дело, я не вышел. Когда они к нам в Алма-Аты приехали, пообщались с ним на эту тему. Помирились».

О Казахстане

«В Азии было здорово. Всегда полные трибуны на стадионах. Играешь в Ташкенте с „Пахтакором“ — 60 тысяч тюбетеек. У нас в Алма-Аты — так же. Обыграешь московскую команду — праздник. Выходишь из раздевалки, а там толпа. Люди кричат, тянут руки, зовут в чайхану, предлагают выпить, поговорить!

Я жил, как национальный герой. В ту пору автомобиль получить было невозможно. Очереди. Да и давали ГАЗ-21. А я получил быстро и ГАЗ-25! Если на улице узнавали, могли всунуть в руки виноград, другие фрукты, вино. Марихуана? Местные называли „фаис“, чтобы никто не догадался. Я не курил, но предлагали, конечно. Но это дурман. Нахрена он нам?»

О голе Льву Яшину

«Забить Яшину было невозможно! Выбегаешь на ворота, смотришь — все закрыто. Куда бить?! Недаром лучший вратарь мира. И мы все гордились тем, что играем вместе с ним. И не было в человеке звездности, зазнайства и, как сейчас говорят, пафоса. Обычный парень.

Приехало к нам в Алма-Аты его «Динамо». Выбегаю один на один, но под углом. Понимаю, что бить нет смысла — перекрывает. Замахиваюсь, и резко мяч под себя убираю. Яшин бросился под удар и проехал мимо. А я хладнокровно, под рев 50 тысяч, качу мяч в пустые ворота.

После игры около раздевалок Лев подошел: «Здорово исполнил, молодец! Так мне еще никто не забивал!» А вечером, когда мы с командой сидели в кафе, динамовцы, идя из магазина, проходили мимо и Яшин, протягивая мне бутылку шампанского говорит: «Держи за гол. Ты всех нас покорил. Это высший класс! Напиточек легкий, потом пригубишь как-нибудь».

Об Эдуарде Стрельцове

«Обыграли московское „Торпедо“. Сижу вечером дома. Телефонный звонок: „Это Эдик Стрельцов. Я тут у тебя во дворе, знаешь эту квартиру (у нас там часто игроки собирались). Мы все хотим, чтобы ты пришел“. А я женат уже. И не скажешь же супруге, что пойду выпью со Стрельцовым. А жил я возле гостиницы Казахстан, где все приезжие команды останавливались. Говорю жене: „Понимаешь, позвонил Иванов — их тренер — хочет поговорить“. И убежал. Пришел в квартиру, а там: Стрельцов, Воронин, Шустиков. Девчонки. Весело. Поговорили, выпили. Прихожу домой, а жена, принюхавшись: „Тебя там что, тренеры поили?“ Нагородил там что-то в ответ — отмазался, в общем».

О Пакистане

«В 70-м году семипалатинский „Спартак“, за который тогда выступал, поехал в Пакистан на товарищеский матч. Не знаю, как сейчас, но тогда это была ужасная страна. Нищая. Гуляем по улице, а навстречу абсолютно голый старик. Даже набедренной повязки не было. И никто не обращает на него внимание. Он подошел к ведру, стоявшему на улице. Другой человек черпаком налил ему в чашку какой-то баланды и старик это съел. Ужасное зрелище.

А еще задолбали комары. В номере, хоть на окнах и висела марля, невозможно было находиться. И уж тем более спать. Кусали жутко. Местные шутили: „Они европейцев любят. Вы ж беленькие такие“. Нас перед матчем фотографировали, так все на карточке покусанные и в пятнах. Забавно было и играть. Остановишься передохнуть — они сразу роем вокруг тебя».