«Мой свитер помещен в Зал хоккейной славы в Торонто». Как воспитанник хоккея Казахстана был выбран на драфте НХЛ и стал лучшим хоккеистом в истории другой страны

На самом деле, это был по-настоящему уникальный случай: в НХЛ заинтересовались воспитанником усть-каменогорской хоккейной школы после его выступления в 16-летнем возрасте на взрослом чемпионате Мира за национальную сборную... Израиля.

Правда, в сильнейшей лиге мира этот нападающий так и не заиграл, но четыре сезона в АХЛ оттарабанил честно. А после засветился и в составе клуба из родного города в ВХЛ. Сейчас Максу Бирбраеру 39 лет, но он все еще задействован во второй по силе хоккейной лиге Великобритании в составе «Суиндон Уайлдкэтс».

Корреспондент республиканского интернет-портала Sports.kz пообщался с хоккеистом со столь необычной судьбой и попросил Макса Бирбраера осветить некоторые ее любопытные моменты.

— Макс, за всю свою профессиональную карьеру Вы выступали на Родине и за «Казцинк-Торпедо» только в сезоне-2008/2009. И то — не доиграли его до конца. Что не сложилось в Усть-Каменогорске в то время?
— Я покинул Казахстан, когда мне было 16 лет. Остальное время на юниорском уровне и немалую часть профессиональной карьеры играл в Северной Америке. К сожалению, когда мы иммигрировали в Израиль, то пришлось расстаться с казахстанским паспортом, поэтому если бы я после захотел играть в Казахстане, то считался бы легионером. Собственно, именно так все и произошло, когда я получил шанс вернуться и начать сезон в своем родном Усть-Каменогорске. Я всегда мечтал сыграть за «Торпедо». К сожалению, тогда случился финансовый кризис, и всем в команде предложили согласиться на сокращение зарплаты. В моем случае пришлось бы отказаться от 75% заработка. Я не мог позволить себе играть за такие деньги, поэтому попросился уехать — и заканчивал тот сезон в Германии.

— Перед Вами, получается, никогда не стояло выбора — выступать за сборную Израиля или Казахстана?
— Нет. Как уже сказал, мне пришлось отказаться от казахстанского гражданства, когда мы уехали.

— Надо думать, Вы являетесь самым выдающимся игроком Израиля в истории национального хоккея этого государства. Этот факт как-то отмечен — какими-то наградами, официальными званиями?
— Ха-ха-ха... Некоторые люди говорят, что я один из лучших игроков, выступавших за Израиль. Для меня большая честь представлять это государство, потому что оно дало мне возможность продолжить свою карьеру и отправиться в Северную Америку. Есть еще несколько игроков оттуда, которые достигли больших успехов, но я не думаю, что многие добились официального признания. Самый интересный факт, который я знаю, — это то, что я был первым израильским игроком, который оказался задрафтован в НХЛ, и мой свитер национальной сборной Израиля был помещен в Зал хоккейной славы в Торонто.

— Интересно, а среди израильских хоккеистов, вообще, много выходцев из Казахстана?
— Слышал, что была еще пара других ребят, но не знаю их имен. Как и того, насколько далеко они продвинулись в своих карьерах.

— В 2000 году Вы были выбраны на драфте НХЛ клубом «Нью-Джерси Дэвилз». Почему так и не удалось в итоге пробиться в сильнейшую хоккейную лигу мира?
— Я был горд тем, что был задрафтован. Было очень тяжело попасть в «Нью-Джерси Дэвилз», потому что они выиграли два Кубка Стэнли. Плюс — если бы Вы спросили меня: будь шанс вернуться назад во времени и поступить по-другому, воспользовался ли я бы им, то я бы ответил «Да». Я многие вещи делал бы иначе. Но в то время, когда ты молод, ты не имеешь знаний и опыта ветерана. Теперь, когда я вижу молодых игроков, показывающих то, что умеют, то пытаюсь им сказать, как сделать что-то правильно. К сожалению, большинство из них просто говорят мне: «Заткнись, папаша!». А ведь мы должны слушаться наших родителей! Ха-ха-ха...

— Поддерживаете ли общение с кем-то из казахстанских тренеров или игроков?
— Если честно, — не особо. Я знаком и играл слишком с большим количеством хоккеистов за все время своей карьеры. Реально невозможно поддерживать связь со всеми.