«Можно планировать и 50 миллиардов». В «Актобе» рассказали о долгах, зарплатах футболистов, бюджете на сезон и трансферах

Председатель правления «Актобе» Ерлан Джамантаев дал большое интервью изданию «Эврика» о предстоящем сезоне, передает Sports.kz.

— Ерлан Айтпаевич, каждый раз у каждого руководителя клуба я спрашиваю о старых долгах перед футболистами и агентами.
— Всё было закрыто до меня. Последний транш мы заплатили по суду Владимиру Маминову, в июне. Нашим юристам я давал задание — и у нас нет больше ни перед кем задолженностей. Практически всё погасили до меня.

— Что с зарплатой и обязательствами перед прошлогодними игроками, налогами?
— Игроков мы рассчитали полностью. Причём сделали это ещё в конце октября. По налогам мы рассчитались. По персоналу тоже долгов нет. Осталось по мелочи. К примеру, долги перед «Энергосбытом» и тому подобное. Сейчас ждём выделения финансирования. Мы участвуем в тендере, ждём госзакуп. Надеюсь, в феврале мы уже будем финансироваться и полностью закроем «хвосты».

— Каков итоговый бюджет прошлого года?
— Не могу назвать точной цифры. Есть кое-какие сложности с подсчётом спонсорской помощи. Ведь не всегда нам помогали деньгами.

— И всё-таки, это больше 2 миллиардов, или меньше?
— Меньше. Я вам скажу, что на основную команду ушло меньше 2 миллиардов.

— Завершая прошлогоднюю тему, спрошу про аудит. Он был?
— Аудит был. Прошёл независимый аудит. В принципе, всё нормально. Совет директоров результаты получил и принял их. Единственный вопрос был (он возникал ежегодно) по несоответствию количества акций существующим активам. Но и этот вопрос мы решили.

— Каков предполагаемый бюджет этого года? Понятно, что 1,2 миллиарда тенге — это от государства. Что кроме этого? Называлась сумма и в 2, и в 3 миллиарда. Насколько вы планируете поднять бюджет за счёт спонсоров?
— Цифры — это неблагодарное дело. Сейчас что-то говорить преждевременно. После январских событий непонятно, как повернётся правительство к финансированию профессионального спорта. Сейчас время неопределённости. Можно планировать и 50 миллиардов, но их-то надо достать. Со спонсорами мы разговаривали, просили увеличения выплат. Я пока даже не получил бюджетные деньги. Я не хочу сейчас обмануть вас. Не хочется сейчас сотрясать воздух и говорить, сколько это будет: 2 миллиарда, 3 или миллиард двести. Пока у нас ничего нет. Давайте поговорим ближе к сезону.

— Перейдём к делам команды. Сколько планируется привлечь игроков в состав основной команды?
— Сейчас в заявку может войти до 30 футболистов, но, учитывая сегодняшние финансовые проблемы, посовещавшись с советом директоров, мы решили пойти по такому пути: в заявке будет 20-21 полевой игрок и 3 вратаря.

— Этого не мало, учитывая высокие задачи? Кстати, они ещё в силе?
— Извините, но финансовая составляющая тоже играет большую роль. Можно и 30 набрать, но тогда что будут делать те 23? Давайте с дубля привлекать.

— На сборах уже 20-21 игрок есть, сколько планируется ещё привлечь?
— 2-3 игрока. Этого достаточно. Правильно, конечно, было бы, если бы 27-28 игроков, но сейчас финансовая составляющая не позволяет нам этого. Будет, возможно, и больше, но это будут привлечения из дубля. Для решения больших задач нужно привлекать большие средства. Давайте будем исходить из того, что должны соответствовать цена-качество. Думаю, набирать 28-30 человек сейчас нереально. По задачам. Сезон покажет, кто на что способен.

— Сейчас корректируются те задачи, которые были оглашены осенью?
— В прошлом году мы были в шестёрке. Ставить задачу, чтобы не вылететь из КПЛ или попасть в десятку — это же неправильно! Тогда вообще, зачем это всё надо? Динамика должна быть с движением вверх. Ставим задачу быть в лидерах, но я вам скажу, что все команды готовятся. И у всех будут хорошие команды. Посмотрим. Все команды примерно в равных условиях. Никому акиматы не дадут больше 1,2 миллиарда. Как бы они этого ни хотели. И думаете, что у тех, кто наберёт 27 человек, они все будут одного хорошего уровня? Да никогда в жизни! За что тогда мы тренерам платим? Вот посмотрите на две игры на сборах. Хорошие у нас защитники. Хороший вратарь. Я считаю Стаса Покатилова вратарём № 1 в Казахстане. Может быть, со мной и поспорят, у каждого ведь своё мнение. Я не лезу в мнения других, но для меня он сейчас лучший. Защитные ряды тоже очень хорошие: Логвиненко, Ерланов, Шомко, Кыбырай. Я вижу, что отрабатывается быстрый переход как от обороны к атаке, и наоборот: от атаки — к обороне. Но для этого нужна физика. Если физически команда не готова, то можно высоко начать, да низко закончить. Идти на высокий прессинг при низкой физической готовности — это самоубийство. Мы должны сделать команду, которая бы радовала болельщиков.

— Многие, и я в том числе, ожидали усиление более качественное. Ну, к примеру, если в «опорку», то футболиста уровня Тимура Кападзе, в нападение — уровня Гейнриха, либо Антонова.
— Скажу, что с позицией ярко выраженного нападающего всегда проблема. Причём проблема не только Казахстана. Это мировая проблема. У игрока, который начинает мало-мальски забивать, сразу поднимается ценник. А есть ли смысл переплачивать? Может быть, он только один сезон такой выдал, забив 12-15 мячей. Где гарантия, что он на следующий год повторит результат? Те игроки, которые стабильно забивают на протяжении не одного сезона, очень дорого стоят. Но подписать его, отдав огромные деньги, а потом сидеть и молиться: лишь бы он не поломался — тоже палка о двух концах. Мы будем искать нападающего, но чтобы цена-качество соответствовали.

— Есть определение того, сколько должен получать игрок ФК «Актобе»? Есть ли лимиты на низкооплачиваемых, среднеоплачиваемых и высокооплачиваемых? Какое-нибудь количественное распределение по этим категориям имеется?
— Это только кажется, что можно вот так решать. Каждый игрок индивидуален. С каждым надо разговаривать. Говорить о том, что 5 человек будет получать по 100 тысяч, 3 человека по 200 тысяч и т.д. — такого нет.

— Клуб в состоянии платить отступные за игрока? Была информация и о спартаковском вратаре, и о том же Алибеке Касыме...
— Да, мы можем это. Но не за счёт бюджетных средств. Сейчас у нас идёт процесс омоложения. Касым, Кенесов Арман. Слушайте, светлая голова у парня! Я разговаривал с Талгатом Байсуфиновым, он сказал, что будет его смотреть. У нас сейчас практически 10 человек сборников. Основной костяк. Вот сейчас они сыграют товарищеский матч с легионерами.

— Вы отпустите игроков, ведь матч состоится не в «окно» ФИФА? Да и подготовка в клубе пострадает.
— Один матч. Мы договорились. Сначала была просьба о 5 днях, но я сказал: а как вы видите 5 дней? Это же удар по подготовке. Но всё решилось хорошо. Сборная поселится в том же отеле, где живёт и наша команда — это раз. Во-вторых, мы договорились, что игроки отлучатся из клубов только на один день тренировочного процесса и на день игры. Наши игроки даже ездить никуда не будут. Клуб клубом, но это же национальная сборная. Мы же граждане Казахстана. Мы должны поддерживать страну.

— Вот вы говорите, что экономите на всём, смотрите по каждому игроку, считаете каждую копейку, но в то же время подписываете Стаса Покатилова, который, по публикациям СМИ, не остался в «Кайрате» из-за сокращения зарплаты. Получается, он приходит на большую зарплату?
— Раскрывать зарплату я не могу, это надо у Стаса спрашивать. Я вам скажу так: давайте мы возьмём среднего вратаря за 20 копеек, а завтра у нас будет дыра сзади, и вся команда будет от этого страдать. Ключевая центральная ось у нас должна быть. Экономия — это не о том, что во всём урезался и всё. Экономия — это правильное распределение.

— Кто занимается комплектованием состава?
— Тут ситуация такая. Сейчас подведено к тому, что решает не один человек, и даже не два. Весь тренерский штаб, я, спортивный директор и совет директоров выносим коллегиальное решение.

— Компромисс находить удаётся? Ведь одна голова хорошо, а две уже друг другу мешают...
— Не всегда получается найти общее решение. Бывают и разногласия. Скажу, что очень много игроков отпадало. Но мы приходим к единому мнению. А как по-другому? Я не могу сказать, что вот этот игрок мне нужен, и только он и будет играть, я подписываю. Завтра что будет на поле?

— По решающим я понял. А кто занимается комплектацией с другой стороны? У вас есть какой-нибудь один привилегированный агент, поставляющий игроков, или клуб работает со всеми агентами?
— Любой агент может обратиться. Предоставить игроков на просмотр. Если мы заинтересуемся, мы будем с ним разговаривать.

— Насколько мне известно, сейчас очень трудно вызвать футболиста на просмотр. Агенты хотят сразу контракт.
— Да. Но это неправильно. Это — как кот в мешке. Мы очень много игроков так отсеяли. Пример того же Жерара Гоу. Очень известный футболист. С ноября мы разговаривали и знали, что он приедет на сборы. Мы знали, что у него был лишний вес, но нам говорили, что у него и тренер по физподготовке, и вес он сбросит, и приедет готовым. Но он приехал не готовым. Честно скажу, взглянув на него, я стал очень симпатичным большеглазым парнем. Я сразу сказал, что это неуважение к нам. У вас было два месяца. Можно же было что-то сделать. Тем более, он за первые 2-3 дня скинул порядком. Почему он это не сделал до приезда? Нельзя так. Это неуважение. Мы же не любительская команда, в которую можно приезжать в любом состоянии. На этом фоне хотел бы выделить Виталю Балашова. Он тоже приехал на просмотр, но он приехал в идеальной форме. Это отношение к себе и к работе. Так же он отдаётся на тренировках. Вот это пример. А подписать человека только по имени или по старым заслугам... Я ж не прошу два месяца просмотра. 4-5 тренировок и контрольная игра — всё. Если вы нам его расхваливаете, что он самый лучший в мире, что мешает ему приехать и показать это? Если он приехал неготовым, но контракт с ним я подписал, что ж я, должен весь сезон мучиться? За наши же деньги.

— Хорошо. Это ваша правда. Но у игроков и агентов есть своя. «У меня есть амбиции, гордость, следите за моими играми», — примерно так они думают. И тут тоже не поспоришь. Почему в клубе нет селекционного отдела, который бы следил за игроками, вёл их? Один-два человека, способных выехать на любую игру и посмотреть футболиста вживую. Так, в моём понимании, работают в профессиональных клубах.
— Я не могу сейчас позволить содержать селекционный отдел. У нас есть один человек, аналитик. Он над этим работает.

— Но он же работает, сидя за компьютером дома? Он может слетать куда-нибудь и просмотреть игрока вживую?
— Сейчас век такой. Можно, не выходя из дома, просмотреть все игры, посмотреть всю статистику. Если он покажет всё про игрока и главному тренеру, и мне, и нас убедит, что футболист стоящий, то и поехать сможет.

— То есть, Анарбек — главный по селекционному подбору?
— Ну, нет. Так тоже нельзя сказать. Не только он. Весь тренерский штаб. Тут всё идёт совокупно, И Пётр Бадло, и Владимир Муханов, и агенты где-то что-то подсказывают.

— Но вы бы хотели иметь реально работающий настоящий селекционный отдел?
— Скажу так, это было бы правильно.

— Что с тренерским штабом? Он полностью определён, контракты со всеми подписаны?
— Все подписаны. Тренерский штаб — без изменений. Пётр Бадло, Мухтар Еримбетов и Сергей Бойченко продолжат помогать Владимиру Муханову.

— Я слышал, что Центральный стадион должны были закрыть на реконструкцию? Где мы играем и как мы играем?
— Начнём с того, как мы играем. Мы хорошо играем. Ясное дело, что в марте мы на Центральном стадионе играть не сможем. Даже если мы сейчас включим подогрев, мы испортим траву на весь сезон. Насчёт реконструкции стадиона — я сейчас ничего сказать пока не могу. Да, планы были, ещё в декабре вопрос решался, но в связи с последними событиями, я не знаю, что будет. Вопрос ложится на акимат города. Как они решат. Я был бы не против, чтобы мы пока повременили. В каком ракурсе? Если сейчас это тяжело по средствам, то лучше повременить, чем начать и растянуть на несколько лет. Если, конечно, городские власти готовы провести реконструкцию, то я двумя руками за, но если что-то мешает, то пока не стоит. Тем более, что мы на всякий случай осенью подстраховались и траву подсеяли, несмотря на то, что знали о реконструкции. Потому, думаю, основной отрезок сезона будем играть на Центральном. Если вдруг реконструкция пойдёт, то у нас есть стадион ОДЮСШ-8, который прошёл сертификацию. Мне не хотелось бы играть на юге, потому первые матчи планируем провести на нём же. Я очень этого хочу. Мы заранее начали его готовить ещё в сентябре.

— Там осталась ещё какая-нибудь работа?
— Да, ещё есть кое-какие проблемы. Со светом, с раздевалками, с установкой системы VAR. В ближайшее время мы всё решим. Уже включили подогрев поля.

— VAR будет уже в этом году? Установка за счёт клуба?
— Да, будет в этом году.

— Наши легионеры предупреждены, что будут играть на искусственных полях?
— Конечно. Вы плохо знаете агентов. Они дают игрокам полный расклад. Какие поля, какие условия — всё это футболисты знают. Просто так они не поедут. Поэтому, когда разговор идёт о Казахстане, они начинают завышать запросы. Не приедет к нам игрок без повышения зарплаты. С каждым работаем индивидуально. Узнаём, сколько получал, ведём переговоры. Конечно, такого нет, чтобы футболист получал 3 тысячи, и стал бы получать 33.

— То, что легионеры получают больше казахстанцев — это же миф?
— Только хорошие легионеры уровня Марина Томасова и Вагнера Лава. Остальные — нет. У хорошего казахстанского игрока зарплата на уровне легионеров. Скажем так: не топ легионеров.

— Ситуация с Бочаровым. Прямо какой-то флешмоб произошёл. И вылилось всё, чуть ли не в хорошо спланированную акцию. «Этот игрок не достоин играть в клубе, гоните его в шею, шлак, отстой», — это одни из самых корректных комментариев. Не боитесь, что ситуация выйдет из-под контроля, будет открыт ящик Пандоры, и мы придём к тому, что и состав на матч начнут выбирать смс-голосованием?
— Я бы хотел обратиться к болельщикам. Хотел бы, чтобы они относились с пониманием. Унизить человека очень просто. Я смотрел его тренировки. Он хорошо себя показывал. Да, из-под него забили, но и из-под Кумана забивали. Из-под всех забивали. Надо же какой-то человеческий облик иметь. Просто поливать грязью людей, я считаю, некрасиво. Так затравить человека. Ну, нельзя так делать. Нельзя! Как после такого давления можно играть? Игроки же читают всё. Читают их дети. Два лагеря разделяются. Одни считают то правильно, другие — это. Так и должно быть. Но нельзя травить человека. Такая же ситуация была с Жасуром Нарзикуловым. Я просил и тогда, чтобы прекратили. У всех бывает чёрный день в жизни. Бывает так, что всё из рук валится. И у вас, и у меня. И у тех, кто пишет комментарии. Что хорошего вы сделали, начав язвить о том, что Нарзикулов на букмекеров играл? Нельзя так делать! Я это не поддерживаю. Порой слово ранит больнее, чем кулак. Помните об этом.