Константин Пушкарёв: «В Астане поставят памятник Талгату Жайлауову? Я буду очень рад»

Нападающий «Барыса» Константин Пушкарёв, сыгравший в нынешнем сезоне пока только два матча, прокомментировал игру своих одноклубников во встрече против «Витязя».

— Вы смотрели игру со стороны, что можете сказать по матчу?
— Во-первых, очень много не забили, было много моментов, потом это только усложнило ситуацию.

— Как думаете, почему было сложно забить?
— Я думаю, соперник, наверное, посмотрел наши матчи, разбирал их, как мы играем в большинстве. Они сегодня довольно-таки здорово сыграли в обороне, наседали очень хорошо, в углах не давали нашим нападающим вылазить на ворота. Было сложновато с их большими защитниками.

— Было много удалений с обеих сторон.
— Судья взял игру в свои руки, то есть, в принципе, давал играть. Может быть, пропустил пару моментов, но если было нарушение, он давал удаление.

— Не отвлекает, что о «Барысе» сейчас так много говорят?
— Я думаю, нет. Нам просто надо выходить и выигрывать каждый матч. Там уже остальные пусть говорят, как долго мы продержимся на верху турнирной таблицы. На нас это никак не влияет.

— Что думаете по поводу натурализации Брэндона Боченски?
— Будет очень здорово, если это произойдёт.

— А что если он сыграет на чемпионате мира, но только за сборную США? Мы как раз против них играем. Он может забить нам много голов.
— (смеётся) Конечно, будет интересно сыграть против сборной США, может быть, и против Брэндона. Будет весёлая игра.

— Как вам новый переводчик?
— Молодец (смеётся).

— Правда, что Грэттон — это астанинский Гретцки?
— Однозначно, Гретцки.

— Сергей Гимаев сказал, что теперь вы получаете зарплаты наравне с легионерами, так ли это?
— Если честно, не знаю, не видел ведомости, поэтому не могу ответить на этот вопрос (улыбается).

— А ещё он сказал, вас злило, что легионеры получали больше.
— Я думаю, это какой-то бред. Что значит злило? Мы все одна команда. Финансовые вопросы нас не касаются. Это сугубо личное дело каждого. Наверное, он сказал, не подумав, может быть, его неправильно поняли журналисты.

— Сейчас Талгат Жайлауов лидирует в списке бомбардиров КХЛ. Если в Астане ему поставят памятник, как вы к этому отнесётесь?
— Даже не знаю (смеётся).

— Ну вы хоть порадуетесь за него?
— Конечно, если поставят, я буду очень рад.

— Хотите, чтобы и вам поставили памятник?
— Нет (смеётся).

— Ваша родная команда из Усть-Каменогорска сейчас лидирует в ВХЛ.
— Я очень рад за команду и всех ребят. Много друзей играют в «Казцинк-Торпедо». Конечно, это всё удивляет. Если не ошибаюсь, они проиграли только один матч по буллитам. Желаю им продолжать в том же духе.

— Зато «Сарыарка» плохо начала сезон.
— Как я знаю, много ребят ушло с прошлого сезона. Конечно, я не могу вам сказать, насколько процентов точно изменилась команда, но она существенно поменялась. Поменялся главный тренер. Были некоторое время неудачи, пока они притирались друг к другу, но, по-моему, последние три встречи они выиграли. Психологически им это поможет. Я надеюсь, они будут показывать такую же игру, как и в прошлом сезоне.

— Когда возвращаетесь на лёд?
— Это вопрос не ко мне (улыбается).

— Уже много времени сидите в запасе, в хоккей не разучились ещё играть?
— Конечно, очень длинная пауза. Но это хоккей. Надо из таких положений выбираться, потому что потерял форму, сейчас заново её набираю, тренируюсь, работаю. Выходить и играть после долгого перерыва очень тяжело, особенно в первых сменах. Всё-таки тренировка есть тренировка, а игра есть игра. Совершенно другие скорости, болельщики всегда подгоняют. Уходит несколько смен, чтобы влиться в игру.

— Дальше нас ждут матчи с московским «Динамо» и «Ак Барсом».
— Будут очень хорошие матчи. Приезжают очень хорошие команды. В прессе говорят, это тест для нас. Посмотрим, как мы сможем сыграть против таких команд — чемпионов Кубка Гагарина прошлых лет. Болельщикам будет на что посмотреть.

— Как вам поддержка болельщиков?
— Сегодня они немножко спали, только в конце завелись (улыбается). Болельщики у нас классные. Они здорово болеют. Я думаю, в Астане соперникам приходится тяжелее всего, потому что наши болельщики умеют болеть.