Как «Кайрат» финнам сауну устроил

Каждый уважающий себя болельщик знает, что первый в истории международный матч алма-атинский «Кайрат» провел в 1957 году на Центральном стадионе против финской команды «Вааса». Однако мало кому известно, что после той исторической встречи финских футболистов едва не пристрелили пьяные «лабухи» в загородном особняке, где те отрывались после игры. Тот случай поставил на уши все руководство республиканского КГБ.

Лишь спустя 50 лет, когда были рассекречены архивы, стали известны некоторые подробности исторического матча с «Ваасой». Вернее, того, что произошло в ночь после игры. Однако в нашем распоряжении оказались не только сухие донесения «наружки» и протоколы допросов. Нам удалось разыскать участника того матча — известного футболиста, фамилии которого, к сожалению, назвать не можем: это было одним из условий нашего рассказчика.

— С финнами мы встречались дважды, — рассказывает он. — Сначала обыграли «Ваасу» со счетом 4:1. Ну, а спустя два года «вынесли» команду города Турку — 6:0. С ними, помню, священник приезжал, из белогвардейцев. Мы бы и «Ваасе» «отгрузили» мячей восемь, если бы не предстартовое волнение. Сами понимаете, первый международный матч, из Москвы позвонили… Однако победа есть победа. К тому же незадолго до конца матча мне удалось забить эффектный гол. Финны после матча пили только со мной.

— Действительно ли после того матча игроки «Ваасы» исчезли в неизвестном направлении, до смерти напугав алма-атинских гэбэшников?
— После матча, как полагается, был банкет. Я с собой джаз-банд привожу. Беру тромбон — и понеслось! Джаз, рок-н-ролл. Финны набрались и как давай отплясывать. Все шло нормально, пока перед нами не нарисовался тип: что вы тут, мол, буржуазную пропаганду устроили? Оказалось, товарищ из ЦК ЛКСМ Казахстана. Мы плюнули и ушли. И финны за нами: «Павел, мы с тобой». Номенклатурщики и чекисты в шоке: куда он их повел? Все же Финляндия — капиталистическая страна.

А я позвонил двум знакомым: хорошие были девчонки — москвички, геодезистки. По пути зашли в винно-водочный магазин, набрали два мешка коньяка с шампанским. И тут я подумал: толпа мужиков и всего две женщины — куда это годится? Едем на алма-атинский Бродвей, там можно было снять проституток. Выхожу я, значит, на бульвар и говорю: «Девушки, кто хочет с финнами отдохнуть — прошу в автобус». Набилось битком, как в часы пик. И начался загул. Финны уже на ногах не стоят. И тут меня «лабухи» в коридор отзывают, пистолет показывают: давай, говорят, шмотки с финнов поснимаем и загоним. Кое-как их образумил.

— И что было дальше?
— Очнулся я под утро. Вызывают в спорткомитет: «Ну, рассказывай, что ты там натворил вчера». Но песочили недолго. Езжай, говорят, на улицу Дзержинского (там КГБ находится), тебя уже ждут. Прихожу — точно, на проходной уже пропуск на мое имя выписан. Пожурили, конечно.

В спорткомитете меня ждала ещё одна неприятная новость. Оказалось, наши девки поснимали с пьяных финнов часы. «Надо вернуть», — жестко сказали мне в спорткомитете. «Вернем», — пообещал я и поехал на Бродвей. Нашел там Наташку, которая ночью с нами отдыхала. Так и так, говорю, если не вернем часы, будет международный скандал. Та все поняла. На следующий день я принес в спорткомитет реквизированные у девчат часы. Все, кроме двух. «Двух чувих не нашла, — сказала Наташка, — они не наши были — с вокзала».