Иньац. И не иначе

Корреспондент республиканского интернет-портала «Sports.kz» в преддверие поединков 16 тура чемпионата страны в сильнейшем дивизионе побеседовал с ярко дебютировавшим в турнире игроком, чтобы представить его казахстанским болельщикам.

— Ненад, расскажите, где родились, где начинали играть в футбол?
— Родился в Белграде. Там и начал заниматься футболом — в команде «Раднички» из Нового Белграда.

— Часто дети начинают серьезно увлекаться тем или иным видом спорта по примеру родителей или других родственников. Как было в Вашем случае?
— У меня в семье футболистов не было. Понял, что футбол мне очень нравится, когда учился в школе. Тогда и начал им заниматься.

— И сразу заняли место в нападении?
— Да, с самого начала играл в атаке.

— Википедия информирует, что Ваш рост 188 см. В баскетболе себя не пробовали?
— Вообще-то, это ошибка — мой рост 191 см. Баскетболом тоже занимался, но не всерьез. И сейчас в баскетбол, волейбол играю — так, для души.

— Давайте разберемся с одним не очень ясным вопросом. Встречал три варианта написания Вашей фамилии русскими буквами — «Иняц», «Иньяц», «Инияц». Какой правильный?
— Сначала «И», потом — «эн», следом — мягкий знак, после — «а», и затем — «цэ».

— Иньац, то есть? (Забавно, что в переводе с сербского «иньац» означает «иначе»... — авт.)
— Именно так.

— Эта фамилия очень распространена в Сербии?
— Нет, немногие люди ее носят.

— В профессиональном футболе, насколько я знаю, Вы дебютировали в составе родного «Раднички»...
— Да, так и было. Потом играл за «Борац» из Чачака, откуда отправился в российский «Амкар», который тогда тренировал Миодраг Божович. Следующий сезон провел в «Волге» из Нижнего Новгорода, затем ненадолго вернулся в Сербию — в белградский ОФК. После играл за «Ал-Ансар» в Саудовской Аравии, а перед переходом в «Атырау» выступал на родине за «Бежанию».

— С Миодрагом Радуловичем Ваши пути прежде где-нибудь пересекались?
— Нет, вместе мы не работали. Хотя, конечно, я знал его заочно, слышал об этом специалисте.

— Трудно приходилось в Саудовской Аравии представителю другого вероисповедования?
— Очень тяжело жить там было. Когда я перешел в «Ал-Ансар», там работал боснийский тренер Блаж Слишкович, играл сербский защитник Деспот Вишкович. Пока мы были вместе — все было нормально, когда они уехали, и я остался один, стало совсем плохо. Все там совсем по-другому, в Саудовской Аравии.

— Вы нередко забивали за «Амкар», выходя на замену. Были у Вас шансы закрепиться в Российской Премьер-Лиге?
— Думаю, что мог бы там закрепиться. Но когда уехал в Нижний Новгород, подписав контракт на 2 года, у меня начались серьезные проблемы в семье — отец очень сильно болел. Поэтому я вернулся в Сербию. Отец в итоге умер... Очень сложное было для меня время...

— Как же в итоге Вы оказались в «Атырау»?
— У меня и раньше были приглашения отправиться играть в казахстанские клубы, другие варианты, связанные с вашим чемпионатом. Но как-то все не складывалось. Теперь же я увидел, что уровень чемпионата Казахстана из года в год растет, ваш футбол становится все сильнее. Привлекло, конечно, и то, что русский язык похож на сербский, образ жизни в Казахстане и России схож с нашим. Пацаны из Сербии очень мне в «Атырау» помогают, с городом знакомят.

— Сложилось уже какое-то впечатление об уровне КПЛ по матчу с «Востоком»?
— Сложно мне пока еще сравнивать, скажем, уровень сербского и казахстанского чемпионатов — одну игру только провел. Надо побольше.

— Сложилось впечатление, что усть-каменогорские защитники не особенно мешали Вам в эпизодах, когда поражались их ворота... Ожидали, что дебют в «Атырау» получится таким ярким?
— Каждый верит, что так получится (Улыбается). Ждал своих шансов и сумел их использовать. Понимаю, что дальше будет тяжелее — все надеются, что стану забивать постоянно. Надо работать в полную силу на тренировках и всего себя отдавать на поле. Хочется выступить по максимуму, с лучшей стороны проявить себя в «Атырау».

— Что думаете о предстоящем в воскресенье поединке с «Шахтером»?
— Знаю, что эта команда — чемпион страны, слышал, что это очень сильный и хороший коллектив. Мы будем на 100% отдавать себя на поле, и я чувствую, что заберем там очки.