Игорь Шуховцев: «Деньги — не самое главное в этой жизни, хотя и немаловажно»

— Игорь, приглашение от Грозного — это причина вашего ухода из «Зари». А что послужило главным толчком?
— Толчок скрыт в причине. У меня оставалось полгода контракта с «Зарей». Был определенный разговор, и клуб готов был предоставить мне работу по завершении контракта. Но здесь совокупность факторов. Конкретное приглашение поработать вместе от одного из ведущих тренеров. Плюс неизвестность того, что может поджидать меня впереди. А у меня семья, двое детей, и я за них отвечаю. Я бы все равно рано или поздно стал тренером. Но бывают такие моменты, когда приходится принимать решение буквально за два дня.

— Вы говорили, что футбол для вас — святое. А некоторые футболисты «Зари» своими действиями на протяжении осенней части сезона как бы предавали футбол. Может, внутреннее неудовлетворение от этого и стало той самой последней каплей?
— Не согласен с формулировкой «предавали футбол». Мы, что могли — делали. Я думаю, проблема была не в футбольном мастерстве, а в том, что мы психологически надломились. Причем — все! Мы не могли зацепиться даже за очко. У меня подобное когда-то было в «Ильичевце», когда мы 10 или 12 игр подряд не могли взять даже очко. Это очень непросто, когда перед каждой игрой настраиваешься, находишь какие-то особенные слова, а потом выходишь на поле и снова проигрываешь. Мы оказались в глубокой психологической яме.

— Вас беспокоило, что «Заря» может вылететь в первую лигу? Тогда будущее стало бы вовсе туманным.
— Не только это. Смотрите, через полгода придет другой тренер со своим штабом и скажет: «А Шуховцев-тренер вратарей мне не нужен». И что Шуховцеву делать, чем кормить семью? Поэтому я очень благодарен и президенту клуба, и руководству, и команде за то, что они меня поняли. Да, было сложно меня понять — я должен был играть дальше, я не собирался никуда уходить, я ехал на сборы с «Зарей» — но они это сделали. А я опирался на то, что есть конкретное предложение, и есть взрослые дети, которых я должен чем-то кормить. Я благодарен «Заре» за понимание. И только жизнь покажет, правильным был мой выбор или нет.

— Многие считают, что Вячеслав Грозный — скользкий тренер, тренер-интриган. Вы же являетесь воплощением всех, или почти всех чеснот настоящего мужчины. Тогда на основе чего состоялся ваш союз?
— Я с Грозным работал в «Арсенале» как игрок. Я видел, что этот тренер предан футболу. В остальные детали я посвящен не был. Видел, что тренер работает, и очень прилично. Он ведь очень серьезно разбирается в футболе. А околофутбольных моментов я не касался. Мне это неинтересно. Я уверен, что буду только прогрессировать как тренер под его руководством.

С Вячеславом Викторовичем я работал еще в начале 90-х в винницкой «Ниве», когда там играли Нагорняк, Надуда, Горшков Саша — вся наша грядка. Мы все разбрелись по «Спартакам», киевским «Динамо», другим командам.

Грозный — тренер-максималист. Не думаю, что человек, работавший столько лет в «Спартаке», ставший многократным чемпионом России, пусть и в качестве помощника Романцева, будет думать о чем-то другом, кроме побед.

— Казахстан — не самая бедная страна. Возможно, вас поманили еще и рублем?
— Поймите, что тренер по вратарям, наверное, не самый высокооплачиваемый человек.

— Может, в Казахстане даже тренер по вратарям…
— Материальная сторона для меня немаловажная. Я отдавался футболу до сорока лет в том числе и для того, чтобы моя семья хорошо жила. Будет чуть больше, чем здесь, — дай Бог. Будет чуть меньше — дай Бог. Я тренер вратарей, мне выбирать не приходится зарплату и все остальное. И деньги — не самое главное в этой жизни, хотя и немаловажно.

— Ощущение, что полной ясности с вашим переездом пока нет…
— Я не хотел бы озвучивать определенные вещи, которые не имею права озвучивать как тренер вратарей, как маленький человек.

— Вас не покоробила фраза «маленький человек»? То есть, вы за какие-то пару дней из футболиста-глыбы превратились в «маленького» тренера вратарей.
— А какая разница, когда превращаться — зимой или летом?.. Это очень важный психологический момент, к слову. Сегодня тебе говорят, что хотят видеть тренером вратарей, но увидит ли тебя новый тренер команды, который придет завтра? Важно начинать свой тренерский путь в хорошем коллективе, где тебя могут понять. А если тебя поставят в положение «обязан»-то это не для моего характера. Если у меня что-то будет получаться в тренерской работе, мне бы хотелось, чтобы меня уважали за это. Здесь масса моментов, которые потом могли быть не в пользу Шуховцева.

— То есть, вы тоже задумывались над переходом из состояния «игрок» в состояние «жизнь после футбола»?
— Конечно.

— Я считал, что нынешние футболисты настолько себя обеспечили за время карьеры, что могут сильно не переживать над тем, как жить дальше.
— Я же не играл в командах топовых. Я играл в командах-середняках. Да, я что-то заработал. Но чтобы себя чувствовать хорошо и не переживать ни за что — у меня такого нет. Я обязан переживать как глава семейства — есть жена, двое детей, родители. Если бы я играл в «Динамо», «Шахтере», «Металлисте», «Днепре», я бы, может, отдохнул год-два от футбола и только затем стал бы что-то думать. А в данный момент меня волнует, как я перейду из одного состояния в другое — плавно или не плавно. Вот это меня интересует больше всего. Ну да, неплохо я содержал свою семью. Но теперь надо думать о будущем.