Евгений Евсеев: «Сначала — оборона!»

Вопроса «Кем стать?» в детстве этого хоккеиста не было. Племянник легендарного Бориса Александрова с пяти лет штурмует ледовую плоскость и делает это вполне успешно. Евгений Евсеев, он же Джон, он же № 23 — один из самых харизматичных игроков «Снежных Барсов», который хорошо знаком не только столичным болельщикам, но и соперникам, в особенности тем, кто сталкивался с ним на площадке. Впрочем, в жизни этот улыбчивый парень оставляет лишь приятные впечатления.

— Как съездили в Новокузнецк?
— Двоякое впечатление оставил этот выезд. Первую игру мы сыграли отвратительно, недонастроились, слабая реализация моментов была... Во втором матче вышли заряженными, играли без прокатов и победили. С самого начала стали выкладываться по полной — не впускали соперника в зону, жёстко играли, так сказать, сразу же почувствовали игру.

— Впереди 8 матчей за 12 дней, не пугает такое расписание?
— Впереди игры против сильных соперников, к которым мы готовились, поэтому, думаю, что нас должно хватить на эти матчи, а точнее не благоприятный исход. Сейчас в середине сезона мы приближенны к оптимальной форме, если брать в процентном соотношении, то это где-то 95%, даже несмотря на длительные десятидневные перерывы. Мы провели два матча и на сегодняшний день находимся в отличном игровом тонусе. С каждой игрой постараемся только добавлять.

— Чего ждёте от команды из Омска?
— Думаю, что соперник с первых минут начнёт действовать очень активно. Мы просматривали их игры, они очень хорошо реализовывают численное преимущество. Мы же, в свою очередь, постараемся сыграть на хороших скоростях, поменьше удаляться, самоотверженно действовать как в нападении, так и в защите.

— Тот факт, что все домашние матчи в этом сезоне вы выигрывали, как-то стимулирует перед этой серией?
— Конечно, это вселяет уверенность в нас! Постараемся и дальше сохранить эту традицию.

— «Снежные барсы» на третьем месте в Лиге по количеству пропущенных шайб. Слова тренера об игре в обороне возымели действие?
— Да, мы стараемся строже сыграть в обороне, как можно меньше пропускать. Постоянно на тренировках отрабатываем игру в защите, чтобы никто не выпадал из этого компонента. Сначала оборона, а атака уже после.

— В прошлых сезонах ты набирал больше 40 минут штрафа. В этом году что-то изменил в своём игровом стиле?
— Да, с возрастом понимаешь, что нужно думать не только о себе, но и о команде в первую очередь. Ведь из-за своих эмоций, пусть даже оправданных, можно подвести команду, а этого делать ни в коем случае нельзя.

— Товарищи охарактеризовали тебя как «Джон — машина». Почему, как ты думаешь?
— (Смеётся) Да они просто так травят меня! Может быть из-за рук? (Демонстрирует накаченный бицепс).

— Может быть. Глядя на тебя заметно, что немалая часть твоей ежедневной работы проходит в тренажёрном зале...
— Да, отчасти так оно и есть. Во время игр я долго там не задерживаюсь, потому что тренажёры порядком забивают мышцы и становишься «деревянным». А когда перерывы или паузы в календаре, то после общей тренировки я остаюсь ещё минут на 30 в зале и работаю в индивидуальном порядке. Хорошая физическая форма важна для защитника, чтобы руки «не вылетали», бросок был сильнее, чтобы провести красивый силовой приём, да и просто хорошо выглядеть вне хоккея (Смеётся).

— Сейчас тебя сложно представить без твоего друга, «брата-близнеца» — Вани Степаненко. Как давно вы начали дружить?
— Года четыре назад, когда мы только приехали в Астану — он с Сатпаева, я с Усть-Каменогорска. До этого дня мы друг друга просто ненавидели, играли вместе по году и постоянно норовили друг друга задеть. В первый день своего приезда в столицу я был инициатором прогулки после тренировки и после этого мы начали дружить, оказалось, что у нас много общего.

— Не сложно ли быть друзьями и играть вместе? Наверняка на эмоциях бывали и конфликты?
— Нет, весь негатив мы оставляем на льду.

— Опиши подробней №22 «барсов». Каким его видишь ты?
— Весёлый парень, очень добрый, всегда поможет, если ты к нему обратишься. Единственный человек, от общества которого я не устаю. Разыгрывает меня постоянно, может спрятать телефон, я начинаю нервничать, искать, а он тихонечко подложит мне его назад, как ни в чём не бывало.

— Расскажи немного о своём детстве, ведь у тебя перед глазами был такой пример!
— Да, мой дядя — Борис Александров всегда был примером для меня. Помню, как в детстве приходил на игры, когда он был тренером, и он всегда уделял мне пусть и маленький, но знак внимания, подмигивал и, показывая на скамейку, говорил: «Когда уже здесь будешь ты?!» (Улыбается). Только самые светлые воспоминания остались о нём. Дома на стене висит его клюшка именная, которую он мне подарил.

— А каким был маленький Евгений Евсеев?
— Я был очень активным и злым ребёнком! (Смеётся) Очень много дрался, как на льду, так и вне его.

— Поэтому оказался в защите?
— Если честно, то меня поставил тренер, после того, как я полгода отыграл в нападении, и сначала мне эта позиция не очень нравилась — меньше голов удавалось забить, больше обороняться нужно было.

— Согласен ли с тем, что быть защитником — неблагодарная работа?
— Есть в этом правда, ведь как только команда пропускает гол — претензии к защите. Если нападающий забросил шайбу, то он молодец, а если ты хорошо сыграл в защите — то сыграл и сыграл, на этом практически не акцентируют внимания.

— Тебя мало кто называет по имени, в основном — Джон. Откуда это пришло?
— Как-то раз, когда завёл аккаунт в одной из социальных сетей, написал латиницей John Evseev. С тех пор и прицепилось это имя. Признаться, мне не нравится, когда меня называют Женей, как-то по-девчачьи, что ли?!

— В семье новое имя тоже прижилось?
— Не особо. Мама называет «сынок», а сестра — «Геша» или «Евгеша». Только бабушка может назвать Женей.

— Есть ли у Джона нехоккейная мечта?
— Да, мечтаю купить Porsche Cayenne. В 2006 году впервые, когда гостил у брата в Москве, посидел за рулём этой машины, и с тех пор она запала мне в душу. Именно такая, в старом кузове!