Борис Дедешко: «Мне нравится идея Дениса с новыми маршрутами»

— Верилось, что именно мы станем победителями. Я очень сильно этого хотел, ждал, надеялся, — рассказывает Борис. — О получении этой премии я втайне мечтал ещё в прошлом году, хотя тогда, по спортивным меркам, наша заявка была гораздо слабее. Втроем — Денис Урубко, Геннадий Дуров и я — мы прошли новый маршрут на пик Восьми альпинисток в Центральном Тянь-Шане. В этот раз у нас было серьезное восхождение.

— Чем оппонировали соперники?
— Из всех заявок, поданных для участия в фестивале, комиссия заранее отобрала три наиболее интересных. В этой «тройке» оказались команды из Японии, Кореи и мы с Денисом. Японцы прошли Золотое ребро горы Спантик (7027 м) в Каракоруме. Корейцы по какой-то случайности тоже выбрали именно эту гору. Но они сделали первопроход, немного правее Золотого ребра.

— И как проходил окончательный выбор?
— Сначала каждая команда презентовала свое восхождение перед жюри, рассказывала о том, как это было, что было наиболее сложным и интересным. А уже вечером в большом зале в торжественной обстановке прошла церемония награждения. Главная премия — «Золотой ледоруб», но помимо него было ещё много других номинаций. Председатель жюри красиво сказал, как сложно было выбрать самых достойных, после чего объявил, что победителем этого года стало наше с Денисом восхождение на Чо-Ойю. Награда — эксклюзивный позолоченный ледоруб. Очень красивый.

— Вас было двое на горе. Кому достанется главный приз?
— Большой ледоруб будет храниться у меня дома. Второй, поменьше, у Дениса. У Дэна уже есть большой «Золотой ледоруб». Он получил его в 2006 году за первопроход на Манаслу с Сергеем Самойловым. Получив этот приз, я решил дома сделать специальный красный уголок. Трофеев уже набирается. В прошлом году я занял второе место в индивидуальном рейтинге казахстанских альпинистов. Мне тоже ледоруб подарили. Есть кубок за первое место в чемпионате Казахстана по альпинизму, грамоты. В ближайшее время хочу все это красиво оформить.

— С какими чувствами сейчас вспоминаете восхождение на Чо-Ойю?
— Это было очень сложное и опасное восхождение. Оно проходило в жестких условиях, потребовало полной выкладки всех сил. И даже больше. Я сам не предполагал, что способен на такое. Сложно подобрать слова, чтобы выразить, что сейчас чувствую. Одновременно радость и гордость, что мы смогли это сделать. В то же время вспоминаются все трудности этого восхождения. Мы не уложились в запланированные сроки из-за плохой погоды. Вместо намеченных 6–7 дней ходили одиннадцать. Продуктов не хватило, жуткий холод. Чтобы облегчить груз, мы взяли с собой наилегчайшую палатку. К концу экспедиции спальник практически уже перестал греть, пропитавшись влагой. Все эти переживания ещё свежи в памяти. Прошло-то всего полгода. Но это была наша цель, и я счастлив, что мы её достигли.

— Если бы до начала этого восхождения вы знали, что придется пережить, пошли бы?
— Конечно, пошел бы. Мы понимали, куда идем. Я знал, что будет тяжело, что это большой риск. Очень большой риск. Не знаю, сколько там было процентов за то, что мы успешно спустимся. Нас выручали мастерство и опыт Дениса, накопленные за годы в горах. Они позволяли ему принимать правильные решения. Удачно выбрать линии подъема и спуска. Вокруг одна за другой летели лавины, а мы аккуратно обходили все их стороной. Поэтому так долго у нас и получилось. Мы думали, быстренько сбежим с вершины вниз, а в итоге спускались целых три дня.

— Какие эмоции испытывали, когда самое страшное осталось позади?
— Эмоции начались гораздо позже, когда мы добрались до базы. Когда закончился экстремальный спуск, нам предстоял ещё целый день пути до лагеря. При сильном физическом истощении. Фактически мы двигались от лужи до лужи. Шли, садились, пили и снова шли. Уже не боясь заболеть. Ничего уже не боясь. В лагере нас ждали два непальца-помощника, которых мы наняли. Мы пришли под гору вчетвером. В этом ущелье нет популярных классических маршрутов, где разбиваются большие базовые лагеря. Туда приходят только такие, как наша, маленькие экспедиции для решения каких-то спортивных задач. Когда мы добрались до лагеря, его могло уже и не быть. Обговоренный срок истек за день до нашего прихода. Но непальцы чуть задержались. Мы переночевали и следующим же утром отправились дальше, потому что заказанный караван уже ждал внизу.

— Денис Урубко закрыл программу Q-14. Обсуждали этот его успех?
— Безусловно. Он был рад, что ему удалось это сделать. Денис стал первым альпинистом постсоветского пространства, кто выполнил эту программу.

— Какие планы вы строите теперь?
— Я планирую и дальше заниматься спортивным альпинизмом. Денис придумал новую программу — сделать первопроходы на все восьмитысячные вершины. Он красиво завершил программу Q-14, проложив три новых казахстанских маршрута. В будущем мы хотели бы ездить в экспедиции не таким ограниченным составом, как в этот раз, а брать с собой молодых ребят, чтобы они параллельно могли совершать восхождения по классическому маршруту, набираться высотного опыта. Мне нравится идея Дениса с новыми маршрутами. Я хочу работать в этом направлении.