Американский коуч Виктор Сватенко

Признаться, узнал бы Сватенко и без помощи наших тренеров по фехтованию, в разминочном зале указавших мне на седовласого мужчину. Когда-то в юности брал у него интервью на международных турнирах памяти Амангельды Иманова, и характерные черты спортсмена на всю жизнь врезались в память. Приятно было другое: посмотрев на мою визитку, собеседник тоже что-то вспомнил, сказав, что фамилия ему знакома. Через сорок лет это дорогого стоит. Во всяком случае, нам обоим было интересно вспомнить дела давно минувших дней.

— Скажите, кем вы сейчас работаете?
— Последние пять лет я работаю в констейте старшим тренером по шпаге. Успехи, вроде, неплохие: на нашей Олимпиаде мои воспитанники три раза выиграли, два раза были вторыми. Это как студенческий чемпионат США. К сожалению, после окончания вузов большинство американских атлетов бросают спорт, надо начинать зарабатывать деньги на жизнь. Нечто похожее происходит в Канаде, Великобритании и многих других странах.

— И работаете вы только в фехтовании? А почему не в современном пятиборье?
— В 2005 году, после неудачного выступления на Олимпиаде в Греции, где мы рассчитывали на две медали, но не получили ни одной, в современном пятиборье США начались трения и произошел дезор федерации, то есть она растворилась, больше не могла существовать. И была реанимирована только через четыре года. Сейчас в США вновь существует современное пятиборье, но оно явно слабее, чем было до «дефолта».

— А как часто бываете на родине, в Алматы?
— Жена и сын бывают в Казахстане очень часто, а я, к сожалению, нет. Все некогда: у меня в году бывает всего 10–12 дней отпуска. И я, чест­но признаюсь, после напряженной работы стараюсь в эти несколько дней отдохнуть где-нибудь на Гавайях, в Мексике или Испании. А у жены в Алматы родственники, сын только неделю назад приехал в США на ПМЖ, а до этого жил и работал в Казахстане. Занимался бизнесом, и я рад, что он неплохо освоился, смог в этом деле как-то протянуть. Сейчас будем делать резюме и отправлять по всей Америке, то есть искать для него работу.

— Вы всей душой в дне сегодняшнем, только и делаете, что строите планы на будущее, или случается, что найдет тоска и нахлынут воспоминания: чемпионаты большой страны, Спартакиады народов СССР, сборная Союза, прекрасные турниры в Алма-Ате памяти Амангельды Иманова, которые вы выигрывали, если не изменяет память, многие годы, начиная с 1971-го…
— Любые соревнования, в которых участвую как тренер, всегда мне напоминают о прошлом. Это, безусловно, были лучшие годы в моей жизни. Только в тренерском штабе сборной США по фехтованию могу назвать несколько известных имен наставников — выходцев из Советского Союза, в том числе есть и еще один алматинец — Кайданов. Так что у нас, можно сказать, коллектив такой — советский. И работаем мы по-советски: не любим проигрывать. Конечно же, очень часто вспоминаем годы своей юности, турниры, поездки, друзей. А на Олимпиадах, универсиадах, чемпионатах мира встречаемся с бывшими земляками и тренерами из других стран СНГ. Как соберемся вместе — только и говорим о прошлом.

— Интересно, какие состязания для вас самые памятные?
— Все без исключения спартакиады. Это были очень серьезные по накалу старты. У нас случалось, что спортсмен, никогда не выигрывавший звания чемпиона СССР, становился чемпионом мира. Это я к тому, что конкуренция между пятиборцами в Советском Союзе была еще острее, чем в мировом пентатлоне.

— В годы ваших выступлений у пятиборцев гроссмейстерской считалась сумма в 5 000 очков и выше. Сейчас, наверное, этот рубеж поднят до 5 300?
— Даже выше. Но дело в том, что правила в пятиборье сильно поменялись: если раньше мы выступали пять дней (по одному виду программы в день), затем три дня, то теперь атлетам приходится соревноваться по полной программе в течение одного дня.

— И как вы к этим изменениям относитесь? Помимо классического пятиборья появилась и эстафета, когда атлеты буквально на ходу переодеваются и сразу после, условно говоря, конкура прыгают в бассейн, а на выходе из воды — фехтуют или стреляют… Прямо как в триатлоне.
— Положительно отношусь, потому что соревнования пятиборцев стали интересными. И зрители могут смотреть, не отрываясь, и телевидение может транслировать, не прерываясь. Для этого и вводились изменения, хотя, надо признаться, спортсменам в физическом плане стало во сто крат труднее.

— Ваш прежний вид — современное пятиборье — предполагает, на мой взгляд, поэтапное освоение различных видов спорта, и базовым считается плавание. Или лучше с детских лет прививать детишкам навыки всех пяти видов спорта, изначально ориентируя мальчиков и девочек на выступления именно в многоборье?
— Лучше, конечно, держать ориентир с юношеских лет, но это очень долгий путь, кропотливое занятие и затрата больших средств. Это и тренерская работа, и нужны соответствующие базы. Пока юноша дойдет до приличного уровня, он сам десять раз бросит занятия. Поэтому в современное пятиборье спортсменов брали, как вы заметили, в основном из плавания. Тут несколько резонов. Во-первых, если ты во взрослом возрасте приходишь в пентатлон из какого-то другого вида спорта, то показывать высоких результатов в плавании все равно не будешь. Просто не научишься в силу физических особенностей и длительности освоения очень сложного вида спорта. Здесь предполагается весьма длительный процесс обучения. А очки в плавании у нас можно заработать очень приличные.

Что касается остальных видов, то любой спортсмен с детства много бегает, а технические дисциплины — конкур, стрельба и фехтование — поддаются обучению быстрее, чем циклические виды спорта. Нанимаются конкретные тренеры и ведется шлифовка новых дисциплин.

— А при интенсивном «подтягивании» одного из этих видов спорта пятиборец не теряет в других?
— Теряет. Я могу привести в пример себя. В свое время у меня как раз плавание и было отстающим видом. Я решил его поднять. Восемь месяцев подряд каждый день плавал по восемь километров и в итоге из своих прежних, с трудом достигнутых результатов, сбросил только несколько секунд. Если бы я это время затратил на подъем других видов пятиборной программы, то, не сомневаюсь, сразу бы поднял свои показатели на 150–200 очков.

— У вас дома есть уголок спортивной славы Виктора Сватенко, где висят медали и стоят завоеванные вами кубки? Я вот тут полистал свои архивы и без труда насчитал несколько десятков выигранных вами медалей: на Спартакиаде народов СССР и Спартакиаде профсоюзов СССР, чемпионатах и в розыгрышах Кубка страны, на крупнейших турнирах в Москве, Будапеште, Минске, Алма-Ате и многих других городах. Где-то ведь эта слава должна храниться?
— Уголка или специальной экспозиции дома нет. Но меня в свое время признали лучшим тренером Америки и вручили нечто, напоминающее покрывало, с изображением статуи Свободы и олимпийских колец. Вот на него я и повесил все свои медали и спортивные значки. Олимпийские кольца на коврике от тяжести железа уже деформировались, вытянулись вниз. Это собрание регалий прошлых лет ни к какому дизайну не имеет отношения, там все — в разнобой. Единственное, что всегда на самом верху, так это значок члена сборной СССР.

— А какие медали вы считаете самими престижными в своей спортивной карьере?
— Те, что были завоеваны в чемпионатах страны.

— Но вы же не раз выступали и за сборную СССР…
— Да, я выезжал на Олимпиаду 1972 года в Мюнхен, но на тех Играх остался в резерве. Был в сборной команде и в 1968-м, перед Олимпиадой в Мехико, но… не выездным. И перед 1976 годом был близок к поездке на Олимпиаду в Монреаль, но меня дисквалифицировали за финансовый бизнес.

— После таких олимпийских невезений у вас должны были остаться на сердце три глубоких рубца. Три Олимпиады, по сути, прошли без вас. Те старые раны уже зарубцевались?
— Ну что вы, до сих пор обидно! Столько лет готовился, так мечтал выступить на главных соревнованиях современности… Да и команды у нас тогда были просто великолепные, добавляй к двум лидерам любого третьего участника — и золотая олимпийская медаль обеспечена. Мы были намного сильнее остальных, у главных соперников — венгров — тогда блистал только один лидер Андраш Бальцо.

Скажу больше: я был запасным и на двух чемпионатах мира, а выступить и там не пришлось.

— Удачи вам на Олимпиаде в Лондоне. Всего доброго семье, почаще бывайте в Алматы.
— Спасибо, передайте большой привет Казахстану.