Александр Мазманьян: «Трусом я не был…»

Легендарному кайратовцу прошлого столетия, ныне руководителю департамента судейства и инспектирования Федерации футбола РК Александру Николаевичу Мазманьяну на днях исполнилось шестьдесят лет.

Этой дате был посвящен матч ветеранов «Кайрата» и судейского корпуса ФФК на Центральном стадионе. Но сначала были поздравления. От имени НОК РК юбиляру олимпийский орден вручил вице-президент Национального олимпийского комитета Павел Новиков. Затем начальник управления туризма, физической культуры и спорта акимата города Хаирболат Хайдаров вручил А. Н. Мазманьяну Почетную грамоту акима Алматы. С днем рождения от имени одноклубников виновника торжества поздравил ветеран «Кайрата», наставник Александра, Тимур Санжарович Сегизбаев, который принимал непосредственное участие в становлении спортсмена как личности и игрока. Забегая вперед, скажу, что традиционный матч закончился со счетом 5:5, в котором, как часто бывает, победила дружба.

Два сезона, перевернувшие судьбу

— Александр Николаевич, вспомните, как вы оказались в самой главной команде республики?
— Пригласил меня в команду Борис Еркович. Мне тогда стукнуло только 17. «Поиграй пока в дубле, — сказал он. — Настанет твой черед, заиграешь и в основе». Но в основу я попал только через несколько лет. На то были причины: надо было идти в армию. Предложили вариант: службу провести в Целинограде, где во второй лиге класса «Б» выступало местное «Динамо». И я согласился. При проводах одноклубники пожелали удачи и возвращения в «Кайрат». Но скорого дембеля не получилось. После окончания службы остался играть в этом коллективе и был там вплоть до сезона 1977 года. Тогда «Кайрат» приняли Станислав Каминский и Тимур Сегизбаев. Они и позвали. Я был рад возвращению в родные пенаты.

— Не боялись, что не попадете в основной состав?
— Авторитет, заработанный в целиноградском «Динамо» (затем — «Целинник»), позволял надеяться на то, что не буду сидеть в запасе. Правда, в высшей лиге требования другие. И я пахал наравне со всеми. После нескольких игр твердо обосновался в основном составе.

Да и с такими партнерами было очень приятно выходить на поле. Что ни имя — личность.

— Вспомните некоторых из них.
— Основным вратарем был Куралбек Ордабаев. Помните, тогда в регламент состязаний включили отмену ничейных результатов. В случае мирного исхода пробивались послематчевые пенальти. Вот тогда-то Курал и набрал авторитет. Его соперники боялись, а не он их. То, что он выходил постоянно в основном составе, говорит о многом.

Ваит Талгаев цементировал оборону

Владимир Кисляков был по-футбольному умным игроком обороны. Грамотно играл позиционно. Не случайно, что он вместе с Фаридом Хисамутдиновым два года отдал ЦСКА. Они и там пришлись ко двору. После завершения службы им предлагали остаться в Москве. Но оба вернулись на родину.

Сеильду Байшакова и представлять не надо. Он обладал хорошими пушечными ударами как с правой, так и левой ноги. Умело действовал на «верхнем этаже». Обладал к тому же акцентированным пасом.

Круглый, так звали Валерия Круглыхина, в команде был бесстрашным рыцарем на поле. Ничего не боялся. Соперники уважительно относились к нему.

Борис Евдокимов — это пахарь. Его можно было увидеть и в обороне, и впереди. Бил по воротам из любых положений и с обеих ног.

Лихой (Владимир Лихошерстных) тоже был самоотверженным до предела. С хорошо поставленным «сухим листом». Разрушитель.

А Курбан Бердыев — умница. Созидатель. Был мозговым центром команды. Это он еще раз доказал, работая в качестве тренера казанского «Рубина». Его пасы были филигранны и точны. Не успел подумать, а мяч уже доставлен туда, где ты его и хотел видеть, — это Курбан постарался.

Фара (Фарид Хисамутдинов) тоже, как говорится, «включал голову»: читал игру на три хода вперед. Но в отличие от Курбана он чаще вступал в единоборства. Был физически мощнее Бердыева.

Впереди играли двое — Владимир Шевчук и Слава Новиков. Первый был очень техничным. Быстрый, он умело мог действовать на опережение. А второй таранил оборону соперников — будь здоров! За этого его прозвали Слоном.

Когда после травмы оправился Анатолий Ионкин, он стал грозой авторитетов и лучшим снайпером «Кайрата». У Анатолия было чутье, как у немца Герхарда Мюллера, правильный выбор позиции перед воротами.

— Забивали и вы. Расскажите о памятных голах, которые вы провели в ворота соперников.
— В памяти — матч в Куйбышеве против «Крыльев Советов». Та игра вообще получилась на загляденье. Мы выиграли со счетом 4:1. И один гол забил я. Атаку начали со своей половины. Получив мяч на подступах к штрафной площади, на скорости финтами обошел защитников и пробил мимо выбежавшего вратаря. Запомнилась и игра с «Зенитом» в Алма-Ате. Опять забил гол в ворота гостей благодаря своей сумасшедшей скорости и дриблингу. Не у дел оставил нескольких защитников Ленинграда, в том числе и игрока сборной СССР Голубева.

— Нападающим частенько достается от защитников. Как вам удавалось избегать травм?
— Трусом я никогда не был. Что доставалось, это да. Травмы были. Но когда играл, об этом не думал. Сносят тебя, а ты, стиснув зубы, встаешь и бежишь дальше. Ушел с поля, значит, будешь долго сидеть «на банке» и ждать своего часа, пока кто-то не получит травму. Посмотрите на мои ноги. Они все в шрамах, как после Афгана.