Булат Есмагамбетов: «Доходы футболистов должны быть адекватными и зависеть от конечного результата команды»

Один из них — Булат Есмагамбетов, бывший нападающий нашей национальной сборной (кстати, участник самого успешного в ее истории отборочного цикла в Азии), который в конце 1990-х выступал в высшей лиге чемпионата Финляндии. Ныне он тренер, имеющий диплом ВШТ, поработавший с командами казахстанской премьер-лиги. С ним мы и решили и поговорить.

Уроки финского

— Как вы оказались в Финляндии?
— В 1997-м я стал чемпионом Казахстана в составе павлодарского «Иртыша», провел семь матчей за национальную сборную, а потом решил попробовать что-то новое. Почему выбрал Финляндию? Наверное, потому, что до этого я играл и жил в Санкт-Петербурге, откуда до Финляндии рукой подать, и многие питерские футболисты в 1990-е выступали за финские клубы.

— Финансового интереса не было?
— Напротив, там платили значительно меньше, чем в Казахстане. Но мне было интересно — новые ощущения, новый опыт. Заключил контракт с «РК-37». Это средний финский клуб, но тогда чемпионат страны был довольно ровный, разве что пара команд немного выделялась на общем фоне.

— Что-то вас удивило там после Казахстана и России?
— Прежде всего, инфраструктура и организация. Например, при каждом клубе есть команды всех возрастов (причем детей отбирают с семилетнего возраста) плюс женские. У всех такая же экипировка, как у команды мастеров, свой автобус, чтобы ездить на соревнования. Дети играют на малых площадках с меньшими воротами и облегченными мячами. Почему это важно? Вот у нас в Казахстане 10-летние играют такими же мячами, что и взрослые. Но ведь в этом случае очень тяжело научить ребенка правильно бить по мячу, который несоразмерен его росту, весу, размеру стопы. Или поставьте такого мальчишку в большие, несоразмерные для него ворота… А в Финляндии для каждого возраста предусмотрены определенные размеры площадок, ворот и мячей. В зимнее время можно тренироваться в надувных (они из брезента) переносных залах с подогревом, которые устанавливаются на гаревых площадках. Кстати, в моей родной Кызылординской области, где пользуются очень дешевым природным газом, да и во многих других регионах Казахстана можно было бы оборудовать такие залы для занятий в холодное время года. Насколько мне известно, в России уже практикуют создание таких модулей. Это не потребует больших затрат, зато даст возможность тренироваться круглогодично. Не только детям, но и даже командам мастеров. И еще в Финляндии меня поразило то, что там в основном для детей проводятся не тренировки, а уроки футбола. То есть, тренеры показывают различные футбольные приемы — обводку, финты, остановку мяча, передачи на разные расстояния и т. д.

— А что такое финский футбольный клуб в организационном плане?
— В Финляндии мало крупных городов. В основном они небольшие, и почти в каждом есть футбольный клуб. Причем участие в его судьбе принимают многие жители этого города, и прежде всего местные компании. Например, моя игровая футболка и даже трусы были буквально испещрены логотипами — пивного завода, молочного комбината, магазина спортивных товаров, ресторана и т. д. Это или члены акционерного общества, или спонсоры. Словом, весь город помогает клубу — это такое проявление местного патриотизма. И даже если команда не решает какие-то серьезные задачи, ее все поддерживают.

— В те годы ни финская сборная, ни клубные команды ничего особенного в Европе не добивались. Как относились к этому болельщики?
— Без паники. Это у нас после каждого поражения сборной начинается всеобщий плач. Хотя с чего это мы должны обыгрывать тех же немцев, турок, бельгийцев? Они, в отличие от нас, играют в футбол на высоком уровне уже больше столетия, там существуют богатые традиции. Мы же в лучшем случае можем показать достойную игру, а при очень благоприятном стечении обстоятельств, при огромном фарте раз в два-три года сотворить какую-то сенсацию. Будем честными перед самими собой: наш нынешний уровень — это Албания, Исландия, Лихтенштейн… А в Финляндии реально оценивали свои возможности, не гнались за быстрыми результатами. Почти во всех командах были местные тренеры. У нас был такой же. Обычный тренер, до этого сам игравший в нашей команде. Но я знаю, что он часто ездил на учебу, на стажировки. Сначала в Хельсинки, затем — в Англию (финский футбол многое берет от английского). В общем, постоянно повышал свою квалификацию. И в Финляндию уже тогда стали приезжать агенты из более сильных футбольных стран в поисках игроков. Кстати, один из них, приехавший посмотреть на моего партнера по команде, заодно заинтересовался и мной и пригласил на просмотр в голландский «Херенвен». Но за два тура до окончания чемпионата у меня полетел мениск, и моя поездка в Голландию сорвалась. Так вот, финны постепенно, шаг за шагом, не форсируя события, поднимали свой футбол, у них стали появляться сильные игроки, которые охотно уезжали в более сильные чемпионаты, и сейчас их очень много в высших дивизионах Англии, Голландии и других футбольных держав Европы. А значит, успехи сборной в виде выхода в финальную часть первенства мира или Европы уже не за горами.

— Что еще отличает финский футбол от казахстанского?
— Там все прозрачно и нет договорных матчей. Финны просто не понимают, что это такое. Плюс я ни разу не сталкивался с тем, чтобы арбитры кому-то подсуживали. Это стимулирует футболистов к тому, чтобы выигрывать в честной борьбе. В общем, после России и Казахстана мне впервые довелось поиграть в совершенно чистый футбол. А еще там никто никого не ругает за то, что не попал в ворота или отдал неточный пас. Например, в первом своем матче я по привычке высказал кому-то из игроков нашей команды свои претензии, а потом мне объяснили: «Булат, у нас не принято орать на партнера. Наоборот, надо поддержать его, подбодрить». На поле все бьются, никто не симулирует боль. А если проиграли, никто трагедии из этого не делает: да, сегодня соперник оказался сильнее, зато в следующий раз выиграем. То есть результат важен, но не настолько, чтобы жертвовать ради него атмосферой, отношениями в команде, ее будущим.

И еще одно отличие. Там никто не следит за тем, как футболисты соблюдают режим. Они могут даже курить, пить пиво. Но и на тренировках за ними не нужно следить — раз тренер дал какое-то задание, они отработают его от и до. А у нас постоянно приходится контролировать игроков: только тренер отвернется — многие начинают «сачковать».

Заработная и заработанная

— А если сравнить денежные суммы, которые крутятся в финском футболе и в казахстанском?
— Думаю, у них они меньше, чем у нас, причем значительно. Там небольшие расстояния, от одного города до другого можно доехать на автобусе. Но главное — не это, а то, что в Финляндии футболисты не получают таких больших денег, как в Казахстане. Например, в 1998-м, когда я там выступал, доходы финских игроков высшей лиги в среднем были вдвое меньше, чем у наших. Конечно, с тех пор зарплаты там выросли, но в Казахстане они увеличились в еще большей степени. Так что в финском футболе зарплатные ведомости клубов в среднем раза в три меньше, чем у нас. Да, в финских командах есть по два-три лидера (обычно это «легионеры»), которые получают больше других. Но разница не такая уж и огромная, поскольку «звезды» европейского уровня туда не приезжают. Зато приезжают из других стран молодые малоизвестные 19-21-летние футболисты, чтобы получить постоянную игровую практику и попасть на заметку селекционерам сильных европейских клубов. Ну и много своих игроков, имеющих точно такое же желание. У нас в Казахстане футболисты премьер-лиги получают зарплату от 5 до 30 тысяч долларов в месяц, плюс подъемные при подписании контракта от 20 до 100 тысяч долларов, плюс премиальные — до 5 тысяч долларов за победу. Финским игрокам такие деньги даже не снились. Хотя в целом уровень жизни там намного выше, чем в Казахстане. Поэтому в Финляндии доходы футболистов, может, и больше, чем доходы тамошних врачей, педагогов, но все же сопоставимы с ними, а у нас — небо и земля.

— Слишком большие доходы игроков — это плохо?
— Доходы должны быть адекватными и заработанными. Возьмем такой момент. В Казахстан приезжает много «легионеров». Скажем, у себя в Сербии футболист получал 1,5–2 тысячи евро — это его реальная цена, а у нас он будет иметь 10 тысяч евро в месяц плюс премиальные, хотя его уровень этому явно не соответствует. Вот так мы разбрасываемся деньгами, хотя их можно было бы вложить в детский футбол, в подготовку своих, казахстанских, игроков. Если бы это были деньги частных лиц, то бог с ними, но ведь у нас все клубы в том или ином виде финансируются из бюджета. Этот «легионер» отыграет сезон и уедет, а с чем останемся мы? Надо понимать, что в Казахстан иностранцы приезжают, зная, что у нас низкий уровень футбола, но при этом платят большие деньги. А настоящий профессионал на это не согласится. Скажем, Лэмпарду «Зенит» предлагал заплату вдвое больше, чем в «Челси», но он предпочел остаться в более сильном чемпионате. Уважающий себя казахстанский футболист не поедет в Кыргызстан, даже если ему посулят зарплату повыше, чем здесь. И т. д. Словом, у меня создается впечатление, что многие «легионеры» приезжают к нам, чтобы, не особо напрягаясь, увезти отсюда большие деньги, а остальное их мало волнует.

Или взять те же подъемные. Их ввели в 1990-е годы, когда были трудные времена, футболистов могли в любой момент «кинуть», и подъемные служили как бы гарантией того, что игрок при любом раскладе не уедет из команды с пустыми руками. А сейчас ситуация совершенно другая: если футболисту не выплатят положенное, он может обратиться в КДК, который обяжет клуб погасить все долги, иначе его лишат очков или не дадут заявить новых футболистов, а то и вовсе не допустят к участию в чемпионате. То есть, игроки социально защищены, и такой необходимости в подъемных, как раньше, сейчас уже нет.

Другой важный момент. На мой взгляд, нужно изменить систему стимулирования футболистов. Как делается сейчас? За каждый отдельный матч предусмотрены солидные премиальные. И часто случается так, что команда не выполнила задачу на сезон, даже вылетела из премьер-лиги, болельщики в крайнем расстройстве, а игроки и в ус не дуют — свои-то деньги они получили. Такая система развращает футболистов. Я считаю, что нужно установить определенную зарплату, а все бонусы выплачивать только в случае выполнения командой поставленной на сезон задачи — для кого-то это чемпионство, для кого-то попадание в первую шестерку, для кого-то сохранение прописки в премьер-лиге.

Кстати, в советские годы было что-то подобное. Я застал этот период, когда начинал играть за ленинградский «Кировец» во второй лиге чемпионата СССР. Зарплаты были небольшие, но по окончании чемпионата, если команда выполняла задачу, кто-то получал квартиру, кто-то — возможность вне очереди купить автомобиль, который тогда был в большом дефиците. Да, сейчас другие времена, но что-то из прошлого опыта, я думаю, можно использовать.

Как зажечь «звезду»?

— Сейчас часто можно услышать, что почти все футболисты в Казахстане на одно лицо, крайне мало индивидуально сильных исполнителей. С чем, по-вашему, это связано?
— Во-первых, сейчас выбор молодых футболистов меньше, чем в советские годы, когда было очень много занимающихся футболом, постоянно проводились всевозможные турниры вроде «Кожаного мяча», школьных спартакиад, чемпионатов среди ДЮСШ. В 1990-е многое из этого практически было похоронено. В России что-то удалось сохранить, хотя там тоже не избежали кризиса. В 2000–2001 годах, по завершении карьеры игрока, мне посчастливилось поработать в футбольной школе санкт-петербургского «Зенита». Да, после тяжелых 1990-х поля были ужасные, раздевалки никакие, мячей не хватало, но тем не менее футбольные школы в Санкт-Петербурге сохранились, соревновательный процесс продолжался. И эти школы по-прежнему готовили достойный резерв для команд мастеров. Вы знаете, как котируются в России воспитанники санкт-петербургского футбола.

Во-вторых, я считаю, что наши детские тренеры в корне неверно ориентированы. Да, хорошо, что в последнее время в Казахстане стало проводиться больше турниров, но плохо то, что результаты, показанные на них, для многих становятся самоцелью. Работа детских тренеров сейчас оценивается по занятым местам (за это они получают какие-то надбавки, премии), и поэтому они готовы любой ценой добиться результата. Начинаются подставки, «работа» с судьями — причем даже на уровне районных соревнований. Дети видят все это, те, кого «засудили», уходят с поля в слезах, разочарованные в футболе. Но ведь миссия детского тренера должна заключаться не в том, чтобы турниры выигрывать, а совершенно в другом. Допустим, он ведет группу из 25 ребят, и его главная задача — добиться того, чтобы хотя бы двое из них впоследствии попали в команды мастеров. Если это произойдет, то тренер должен получать определенный процент от каждого будущего трансфера своего воспитанника, и это нужно предусмотреть в соответствующих нормативных документах. Вот тогда он будет заинтересован готовить не безликую массу футболистов, а сильных исполнителей, работать с каждым индивидуально. А участие в турнирах — это лишь необходимая игровая практика.

В-третьих, мы потеряли дворовый футбол, который давал каждому пацану свободу самовыражения. Ведь на нас, когда мы гоняли мяч на улицах, пустырях, никто не давил, мы делали что хотели, финтили, что-то выдумывали. И именно на таком футболе вырастали нестандартно мыслящие игроки со своеобразной техникой. Вообще, когда ребенок только начинает заниматься футболом, его не надо ставить в жесткие рамки, лишать возможности импровизировать. И только потом, когда он немного повзрослеет, его следует учить тактике, игровой дисциплине. А пока пусть творит, фантазирует. Но у нас же все по-другому: как только ребенок попадает в футбольную школу, сразу начинается «муштра». Даже в школе «Зенита» я сталкивался с подобным. Например, мальчик, игравший последнего защитника, обвел двух нападающих и сделал острую передачу, а тренер на него чуть ли не матом — мол, не твое это дело обводкой заниматься. Повторюсь, игровой дисциплине можно научить, а потерю в футболисте творческого начала никогда и ничем не компенсируешь. К тому же если «муштровать» все время ребенка, эта монотонность и однообразие могут ему надоесть, и он просто уйдет. Футбол для него должен быть в радость. Вы обратили внимание, что все самые яркие «звезды», подчиняясь командной тактике, в то же время играют как бы в свое удовольствие, даже с улыбкой на лице? Вспомните Марадону, Роналдинью, Месси…

— А правило, касающееся «лимитчиков», может способствовать появлению в Казахстане новых «звезд»?
— Наверное, далеко не только у меня одного двойственное отношение к этому правилу. С одной стороны, можно понять недовольство главных тренеров. С них требуют результат, а тут приходится играть с двумя футболистами в составе, которые часто не соответствуют уровню премьер-лиги. Из-за этого страдает командная игра. Болельщики тоже возмущаются. Это как в театре — заплатил деньги, пришел на спектакль, чтобы увидеть игру хороших актеров, а двое из них «выпадают», плохо играют свои роли. Но я понимаю и руководителей федерации — они не от хорошей жизни ввели это правило. После той «ямы», в которую угодил казахстанский футбол в 1990-е и в начале 2000-х, в стране образовался серьезный дефицит квалифицированных игроков. Сейчас нужны кадры для юниорской, молодежной сборных, кто-то из них затем перейдет в национальную сборную. А как и где их готовить, если у клубов свои интересы? Клубному тренеру нужны уже готовые квалифицированные игроки, ему некогда заниматься с молодежью, поскольку пока он выведет ее на необходимый уровень, его тысячу раз могут уволить за отсутствие результата. Вообще, конфликт интересов сборной и клубов был, есть и будет всегда. Причем во всех странах и по разным поводам. И тут важно находить разумный компромисс. Думаю, сокращение количества «лимитчиков» на поле в каждой команде до одного — это тот вариант, который устраивает всех.

Понятно, что далеко не все молодые футболисты после того, как они перестанут подпадать под «лимит», останутся в премьер-лиге. Но есть первая лига, и все зависит от самого футболиста. Он уже почувствовал уровень высшего дивизиона, знает, какие там предъявляются требования, увидел, какие деньги можно получать, и если он действительно хочет вернуться туда, играть на высоком уровне и соответственно хорошо зарабатывать, то будет «пахать». Кстати, я часто хожу на матчи первой лиги и обратил внимание, что в минувшем сезоне качество футбола, уровень конкуренции в ней значительно повысились. В том числе благодаря тому, что в командах первой лиги играет немало вчерашних «лимитчиков», имеющих опыт выступлений в высшем дивизионе.

— Вы успели поработать главным тренером в трех командах премьер-лиги. Были проблемы в отношениях с молодежью?
— У любого тренера бывают проблемы с отдельными футболистами, причем вне зависимости от их возраста. Люди-то все разные, и к каждому надо находить индивидуальный подход. А вообще, я люблю работать с молодежью и всегда старался давать ей шанс. Так было в 2002-м в «Елимае» (до сих пор досадно, что в тот год нам не хватило всего одного очка, чтобы опередить «Актобе» в борьбе за выход во второй этап). Так было в 2003-м «Кайсаре», где я с первых же матчей чемпионата ввел в основной состав 18-летних Максата Байжанова и Каната Алиева и некоторых других молодых футболистов. А в «Кызылжаре» мне вообще пришлось, хотя не от хорошей жизни, всю вторую половину чемпионата играть дублирующим составом. Нашу команду в прессе тогда «детским садом» называли. Тяжело было — ведь мы, и футболисты, и тренеры, месяцами не получали зарплату, мой помощник из-за безденежья уехал. Естественно, игроки, даже понимая, что я финансовые вопросы не решаю и сам нахожусь в таком же положении, что и они, обращались со своими жалобами ко мне. Нужно было находить слова, чтобы они потерпели, продолжали добросовестно тренироваться и отдаваться в играх. Это был ценный опыт работы почти в экстремальных условиях. Мы бились, иногда даже отбирали очки у более сильных команд, и за это я благодарен молодым ребятам, которых, как кто-то тогда написал, бросили под танки.

Кстати, принятое в свое время решение о том, что каждый клуб премьер-лиги должен иметь, помимо главной команды, еще и «дубль», юношеский состав, было очень правильным. Да, это дополнительные расходы, но иначе мы не восстановим систему подготовки ближайшего резерва для команд мастеров. То же самое касается института сборных. Я знаю, что в минувшем году все они, начиная с самого младшего возраста, провели по несколько УТС, проделали большую работу, просмотрели много кандидатов из разных регионов страны. А ведь как было раньше? Они собирались от случая к случаю, максимум — раз в год. То есть в деятельности департамента сборных команд, возглавляемого Виктором Катковым, появилась системность. Плюс ко всему для сборных построена современная база, где есть все условия для плодотворной работы. И это вселяет определенные надежды.

Я думаю, что нам, как и финнам, надо реально оценивать ситуацию и набраться немного терпения. Но при этом серьезно заняться реорганизацией нашего футбольного, особенно клубного, хозяйства и поднять на качественно новый уровень подготовку резерва, активно изучая и используя европейский опыт. Тогда, возможно, у нас наконец-то появятся поводы гордиться нашим футболом.